Rambler's Top100
fisting
упырь лихой, явас ебу, гальпер, а также прочие пидары и гомофобы.
... литература
Литературный портал создан с целью глумления над сетевыми графоманами. =)
Приют
мазохиста!


Для лохов



Александр Колесник

Авторский проект (для печати )

АВТОРСКИЙ ПРОЕКТ

Черный фон.

На улице зима.

По улице идут два человека. Два молодых парня.

Мимо снуют прохожие. Все, как в жизни.

Один парень несет видеокамеру, другой – штатив и микрофон.

Тот, который с камерой – видеооператор.

Со штативом – журналист. Одет в короткую дубленку.

Журналист говорит оператору:

Он смотрит всякие фильмы. И фуфло и шедевры…

(Между ними прошла женщина.)

Журналист:

Эти все актеры, актерская игра – фуфло. Его волнует только монтаж. Переход с плана на план, склейка кадров. Панорамы, свет, звук, темно. Это трогает его до слез. Ведь, посмотри...

(Журналист указал рукой вперед. Впереди стоял памятник самолету.)

Журналист:

Этим людям не надо притворяться. Они себе живут, гуляют, умирают. Вообще не подозревают, что они актеры. Они так привыкли. А он так смонтирует все, все что мы ему принесем, будь спокоен. Ты снимешь на свой «Canon» какого-нибудь болвана, который даже и не подозревает ничего. Без нас он так и остался бы болваном. А этот фанат сделает его героем. Все будут на него смотреть и плакать. Представляешь? Его никчемная жизнь станет эталоном! Ему будут завидовать богатые сынки! Да, что там! Сам Гагарин, и он бы отказался от полета ради такого чуда! Понял меня? А все потому, что я знаю куда, чего и зачем. Мы ему дадим наши кассеты, а он нам вернет Мессию! Не меньше. Я тебе говорю!

(Журналист засопел и облизнулся.)

(Журналист и оператор идут молча и быстро.)

Оператор:

Где ты его надыбал?

Журналист:

Главное, что он много не берет. Цен не знает. Да и торговаться не умеет. Он бы и бесплатно все сделал, да я не такой человек.

Оператор:

Нет, где мы возьмем героя?

Журналист:

Что?

Оператор:

Ну, кого снимать-то будем?

Журналист, втянул голову в плечи:

А? Сейчас найдем.

Оператор, останавливается:

Что? Что значит «найдем»? Мы от балды снимать будем, да?

Журналист:

А что?

Оператор:

За двадцатку? Без сценария? Пошел ты на хер. Я говно не снимаю.

(Порывается уйти.)

Журналист:

Да погоди ты! Есть у меня сценарий.

Оператор:

Покажи!

Журналист:

Все есть. И герой щас будет.

Оператор, смеется, как бы задыхаясь:

Хо, хо, хо… Так и знал. Детский сад.

Журналист:

Я же тебе говорю! Он – король монтажа. Свет, вся эта внешняя дрянь ему не помеха. Он любое ничтожество возвысит до небес. Он – король! Я пока, что один это знаю, но ты мне поверь. Скоро ты и сам убедишься.

Оператор:

Короче, дебил, пошел ты в жопу. Я не работаю с придурками.

Журналист:

В общем так. Спонсор есть. Деньги я тебе заплатил. Так, что работай.

Оператор:

Ты ничего не заплатил.

Журналист:

Заплачу-заплачу.

Оператор смеется:

Ха-ха-ха!

Журналист:

Я тебе заплачу. Сегодня снимаешь ты, а завтра найду другого, раз ты такой.

Оператор:

Сейчас плати.

(Журналист порылся в кармане, достал купюру и протянул оператору.)

Журналист, тихо-тихо, себе под нос:

Ничтожество…

Черный фон.

---------------------------------------------------------

Черный фон.

Оператор:

Так ты хочешь сказать, что я должен постоянно бегать за ним с камерой? Да еще так, чтобы он ничего не заметил?

Журналист:

Всего-то один денек! Зато лаве нарубишь.

Оператор:

Ха-ха. Лаве? Лаве, это то, что ты мне дал?

Журналист:

Да, тебе никто больше и не даст. Сейчас бы бегал за бесплатно для новостей. Хочешь побегать? Беги. На твое место желающие найдутся.

Оператор:

Все равно мало. Даже для меня.

Журналист:

Принесешь материал, еще сотню накину.

Оператор:

Ладно, но учти, не будет денег, ничего не будет.

Журналист:

Только смотри, не светись с камерой, чтобы он ничего не заподозрил.

Оператор, уходя:

Да, пошел ты…

Журналист, тихо-тихо, себе под нос:

Сссволочь.

Черный фон.

-----------------------------------------------------------

Черный фон.

Журналист берет камеру из рук оператора:

Ладно. Показывай, что ты там наснимал.

Журналист, заглядывая в глазок камеры:

Ну, не знаю…

За такие съемки вешать надо,… я бы сказал.

Оператор:

Слышишь, блин… при… попробуй, поснимай на морозе! Это тебе не шпионский трансфокатор! Попробуй, побегай незаметно! Куда я ее должен был прятать? В трусы? Там ещё менты привязались. Сказали, нельзя снимать. Пришлось им кашлянуть. Я в убытке кругом, а ты…

Журналист, не отрываясь от глазка:

Ладно, ладно…

Оператор:

Попробуй, сними лучше! Аккумулятор зарядить негде – раз. Баланс…

Журналист:

Да. Сотки здесь будет многовато. За такое говно мне придется королю полтинник сверху накидывать…

Оператор:

Чччерт! Ты гонишь…

Оператор забирает камеру:

Дай сюда. Ничего не получишь.

Журналист:

Как скажешь. Съемки – говно. Все равно переснимать надо. Так, хоть пятьдесят заработаешь. Тоже неплохо.

Оператор, громко, не таясь:

Сссука ты…

Черный фон.

-------------------------------------------------------------------

Черный фон.

Журналист:

Где он работает?

Оператор:

В туалете.

Журналист:

Я серьезно.

Оператор:

В платном туалете, на вокзале, кроме шуток.

Журналист:

Почему именно он, Коля? Ты посмотри на него. Он же урод. Неужели мало симпатичных людей ходит по улицам?

Оператор заглянул в глазок камеры:

Ну, и что?

Журналист:

Я говорю. Всегда говорил, Коля. Телевидение должно быть красивым. Зачем нам это чучело? Вот объясни мне, как с него… что с ним сделать?

Оператор:

Но ты же говорил. Твой король. Он сделает все там, из ничтожества…

Журналист:

Но ты-то мне, зачем нужен, Коля? Ты ведь оператор. Ты же должен знать. Думать же должен.

Оператор:

Что думать? Ты сам сказал: «Иди на вокзал». Ты забыл? Сам сказал. Там всегда много народу, разные люди, типажи…

Вот ты глянь. У него лицо. Раз у него рожа такая, это же неспроста. Значит,… богатая биография… интересный человек.

Журналист:

Ох, Коля, Коля… не знаю…

Дай еще посмотреть.

(Журналист берет камеру, смотрит в глазок.)

Журналист:

Что он делает?

Оператор:

Где?..

А ну дай.

Оператор берет камеру, смотрит в глазок:

А… убивает бомжа.

Журналист:

Что?!

Оператор:

Бомжа.

Журналист:

Господи… и ты это снял?

Оператор:

Да. Ты же видишь.

Журналист:

Зачем?!

Оператор:

Ты сам сказал все снимать.

Журналист:

Зачем он его убил?

Оператор:

Сейчас узнаем.

(Оператор нажал на кнопку. Раз-два.)

Оператор:

Смотри.

Журналист:

Ты что, записал с ним синхрон?

Оператор:

Ну да. Мне тоже стало интересно, зачем он это сделал.

Из камеры послышался приглушенный мужской голос:

Мне его стало жалко. И, черт возьми!.. я его убил, чтобы не корчился.

Журналист:

Ни фига себе…

Оператор:

Видел бы ты того беднягу.

Журналист:

Видел…

Господи, ужас какой.

(Журналист достал из бумажника деньги, протянул оператору.)

Оператор:

Здесь двести.

Журналист:

Ну да.

(Оператор, улыбаясь, спрятал деньги, достал кассету из камеры и отдал ее журналисту.)

Журналист:

Как его зовут?

Оператор:

Александр.

Живич.

Журналист:

Ты и фамилию узнал.

Оператор:

Ага.

Журналист:

Ну, давай. Будь здоров.

Оператор с камерой на плече:

Пока. Если что подвернется, звони.

Черный фон.

МЕНТЫ

Чёрный фон.

Зима, улица. Здание железнодорожного вокзала

Два молодых милиционера идут по вокзальной площади и говорят между собой. Обоим лет по двадцать.

Первый:

Женщина зашла в туалет и не вышла.

Второй:

О чём ты шепчешь?

Первый:

О том, что странные вещи творятся на вокзале.

Второй:

То есть?

Первый:

Ты чё? С дуба рухнул? Ничего не знаешь?

Второй:

Нет, а что?

Первый:

Как что? Я в первый день уже знал, что и как.

Ты, вообще, в мусарню зачем пошёл?

Второй:

Работать.

Первый:

Работать. У тебя нюха нет, Деня.

Какой ты нахрен мент, когда без нюха?

Идут молча.

Первый сплюнул под ноги, второй последовал его примеру.

Второй:

Я тут временно.

Первый:

Ха! Временно.

Я тут, чтобы стать главным. А ты, зачем?

Второй:

Меня быть ментом не вставляет. Просто работаю и всё.

Первый:

Знаю зачем. Я, таких как ты, насквозь вижу. Временно он. Хули место занимать, раз не твоё?

Едете, блядь, с колхозов, а в мусарню берут кого ни попадя, лишь бы после армии. Вот что обидно.

Второй:

Тебе-то что? Места мало?

Идут молча. Их обгоняют люди с баулами и чемоданами.

Первый плюёт сквозь зубы.

Второй:

Если б не такие, как я, то никто бы кто в мусарне и не работал.

Первый:

Это уж точно.

Второй:

Ладно. Чё там за телка в туалете?

Первый:

Шо?

Второй:

Ну, тёлка, что в туалете. Куда пропала?

Первый:

Ааа. Неизвестно. Так и не нашли.

Второй:

Как?

Первый:

Зашла и не вышла.

Второй:

Смотрели?

Может, в окно вылезла?

Первый:

Не. Там нет окон. Уборщица все кабинки обшарила – никого.

Второй:

В вентиляцию.

Первый:

Вентиляция узенькая. Туда кошка еле пролезет.

Да, и зачем? Зачем вообще, блядь, исчезать?

Второй:

А кто она?

Первый:

Хуй его знает?

Никто. Просто телка зашла и не вышла. Это легенда теперь.

Второй:

А может, она вышла, только никто не заметил.

(Первый смеётся).

Первый:

Ха-ха. Если б так всё просто, не было бы байки.

(Идут молча. Между ними прошла женщина).

(Первый посмотрел женщине вслед).

Первый:

Она зашла в туалет перед самым закрытием.

Уборщица, баба Саша, не пускала её. Мол, закрываемся. А она всё равно лезет. Говорит, пустите меня. Я мигом. Очень надо. Женские дела и всё такое.

Второй улыбнулся.

Первый:

Баба Саша сжалилась и пустила. Прошло минут пять, а тёлка не выходит.

Что случилось?

Второй:

Что?

Первый:

Не, она говорит, баба Валя, то есть Саша. Что случилось?

И заходит в туалет. А до того она мыла полы в коридоре.

Стукает по кабинкам – никого, пусто. Все кабинки открыты и никого в них нет.

(Идут молча).

(Останавливаются. Первый закуривает, второй смотрит).

Первый:

Ты ж не куришь. Чего смотришь?

Второй:

Не курю. Раньше курил. Иногда хочется.

Первый протягивает пачку:

Ну, на. Пасасы.

Второй:

Спасибо, блядь. Хоть бы совесть имел.

(Первый смеётся).

(Второй сплёвывает под ноги).

Первый:

Ха-ха. А я вот не бросал и прекрасно себя чувствую.

(Разворачиваются и идут обратно).

Второй:

Вот, пока бабка полы мыла, телка и выскочила.

Первый, (выпустив колечко дыма):

Да? Может быть.

Второй:

А бабка та, ментов, то есть, милицию позвала?

Первый:

Ну, да. Меня.

Второй усмехнулся:

И что?

Первый:

Что-что. Ничего.

Я в глаза не видел ту тёлку.

Теперь это частушки-бытовушки. Вокзальная страшилка.

Спасибо бабушке Саше. Она умеет рассказывать сказки. Теперь все бабы бояться работать в ночь.

Взяли какого-то поца после армии. Тоже, видать, как и ты в город подался. За счастьем.

Второй:

А когда это было?

Первый:

На той неделе.

Второй:

Так сёдня только среда!

И уже легенда?!

Первый:

Да, много ли надо? Уже весь вокзал знает. И таксисты и бабки, что квартиры сдают тоже.

А чем больше народу твердит одно и тоже, тем больше похоже на правду. Байка, хули? Тем более, что под боком. Можно пойти и самому проверить, что туалет таки (кивает головой) существует на самом деле. А значит и случай с тёлкой тоже имел место. Ха! (улыбаясь) К тому же и я живой свидетель, и баба Шура увековечила меня в сплетнях на долгие-долгие годы. Теперь я миф...

Древнегрецкий, гы…

(Первый сплюнул окурок в сторону и заулыбался).

(Идут молча).

Второй:

А баба Шура, ещё работает там?

Первый:

А куда ей деваться? Она ж без своих сплетен не проживет.

Идут молча.

Первый:

Хотя взяли там одного. Но он больше в ночь работает. Бабы теперь бояться в ночь.

Первый усмехнулся:

Тоже, как ты…

Второй:

Что я?

Первый:

Да…

Колхозня.

Видел бы ты его рожу. Бляааать. Морок. Такой кого угодно испугает только своим видом.

Второй:

А что с ним?

Первый:

Да, рожа какая-то покоцанная. Не то шрамы, не то рубцы. Бугры какие-то на голове. Бритый начисто. Отрастил бы волосню, ещё сошел бы за первый сорт. А так, чисто Носферату, чёрно-белый монстр.

Второй:

Мог бы в мусарню пойти. Что в туалете делать?

Первый:

Меня спрашиваешь?

Ты ж колхозник. Должен знать устройство мыслей своего племени. Ха-ха.

Меня прёт. Что они в табак мешают? Или мне просто отлить пора?

Второй:

Что ж ты такой городской весь, в институт не поступил? В менты подался?

Первый:

Да потому и подался, чтобы стаж заработать. Я иду в академию МВД. Понял? На будущий год. Мне зачтётся.

Первый шумно вдохнул носом воздух и выпустил пар изо рта.

Первый:

Окончу, будешь мне честь отдавать.

Второй, облизав губы:

Я тоже поступлю.

Первый:

Ты?!

Куда ты поступишь?

Второй:

В академию.

Первый:

А жить на что будешь?

На мамино варенье?

(Первый смеётся).

Второй:

А щас на что живу?

Первый:

Щассс. Щас ты работаешь и дачки получаешь из своей Карнауховки. А учиться будешь? Кому нахуй всрался студент такой?

Второй:

Я не только зарпалату получаю. Кое-что и так имею, сам знаешь.

Первый:

Ну, это пока ты на патруле, вот и отстёгивают.

Второй:

А степуха?

Первый:

Степуху есть и без тебя кому получать, а ты рылом не вышел.

Не обижайся, Деня, но так оно и есть.

(Идут молча).

Первый:

Да и чё ты сюда ехал?

Оставался бы в своей Горловке, или, как там у тебя? Карнауховке. Шёл бы на шахту. Шахтёры, я слыхал, сейчас не хило получают.

Второй:

Ты шахту видел хоть раз?

Туда реально люди заходят и назад не выходят. Насмерть. Реально, а не, как твой туалет.

Первый, останавливаясь:

Ладно. Напомнил. Мне отлить надо. Побудь пока за двоих. Я быстро.

Второй, морщась:

Давай. Только быстро. Я тоже хочу. Холод собачий. Долго его ещё терпеть?

Первый:

До весны.

Второй:

Ты хоть не в тот туалет собрался?

Первый:

Нет, конечно. То же женский.

Второй:

Ну, давай, иди уже. Потом я схожу, погреюсь.

(Первый уходит в сторону вокзала).

Чёрный фон.

------------------------------------------------------------

Черный фон.

Первый:

Прикинь. Был в туалете. Там какой-то хрен с камерой гОвна снимает. С телевидения говорит.

Ну, я там повыламывался немного, рукой помахал для привета. Потом объектив накрыл. Сказал, снимать неположено, гы.

Я видел по телеку: так менты делают, и полицейские. А, шо такое? Я же мент.

Сказал: «Убери камеру, в темпе. Снимать не положено. Не то щас закрою. Тебе права ясны? Режимный объект».

Что? Что не ясно?

А всё равно прикольно. Может, покажут?

Второй:

Пойду и я. Приветы передам.

Первый:

Расслабься. Его уже нет. Я ж его послал. Так что, везде ты, блядь, последний.

Второй:

Да пошёл ты...

Ко-зззёл.

Первый:

Ладно. Молчу. Туалет-то никуда не делся. Ты ж отлить хотел. А телека может и не было. Может я его придумал.

(Второй уходит).

Чёрный фон.

--------------------------------------------------------------------

Черный фон.

Второй, поправляя ширинку:

Кстати, не ушел твой, с камерой.

Башлянул мне. Вот твоя доля.

Второй сунул в карман первому купюру.

Второй:

Я там и приветы передал. Парень нормальный. Для телека проект снимает. Так он сказал. Реал тиви называется. Я разрешил. Пусть снимает.

Первый:

А не боишься по шапочке получить? Вокзал – объект стратегического назначения. Там снимать запрещено.

Второй:

Да, ладно тебе. Стучать что ли будешь? Что он там в туалете режимного снять может? Ему нужен всего лишь вахтёр. Тот пацан новенький. Его и снимает.

К тому же обещал каждый день башлять нам.

Первый:

Долго снимать будет?

Второй:

Дня два. Три.

Первый:

Ладно. Пусть живет, раз такой хороший.

Идут молча.

Первый:

Ты спросил, покажут нас?

Второй:

Сказал покажут.

Первый:

Точно?

Второй:

Думаю, да.

Первый:

А может пусть за так снимает?

Может не брать с него денег?

Второй:

Да, ну. А вдруг не покажут. Так хоть денюжки останутся.

Идут молча.

Первый:

Ладно. Пойду поссу.

Второй:

Опять?

Первый:

Да. Холодно сегодня. На поссать пробивает. Почки ни к чёрту.

Второй:

Давай, только быстрее. Я тоже хочу.

Холодно сегодня.

Первый уходит в сторону вокзала.

Чёрный фон.

--------------------------------------------------------------------

Черный фон.

Второй:

Ну, как?

Первый:

Познакомился я с этим оператором. Классный чувак. Колей звать.

Побазарили за кино.

Второй:

Да, я люблю кино. Особенно фильмы с Ван Дамом. Там где он в самоволку ушёл, и за брата мстил. На боях без правил махался.

Первый:

Да, я помню. Классный кинчик.

Идут молча.

Первый:

Я тут с Колей поговорил про кино. И подумал, что неплохо бы самим кинчик забецать.

Второй:

Как?

Первый:

Просто.

Второй:

Это ж денег нужно дохренища.

Первый:

Не обязательно. Мне Коля сказал, что в фильме главное крепкий сюжет.

Второй:

Это как?

Первый:

Он там что-то про конфликт говорил, но я не понял.

Первый засопел и облизнулся.

Первый:

Помнишь, фильм с Антонио Бандерасом? Про гитариста-уебоху?

Второй:

Да. Крутой фильмец.

Вот такой бы снять.

Первый:

Так Коля сказал, что до этого был другой фильм про гитариста.

Там где Бандерас снялся, это уже дорогой фильм из Голливуда. А тот, первый, вообще копейки стоил. Его почти за бесплатно сняли. И благодаря тому, дешёвому фильму, режиссер и прославился. Ему дали денег и он снял уже крутой дорогой фильм про десперадо.

Главное шок вызвать у зрителя и чтобы сюжет был пиздатый.

А помнишь «Ведьму из Блер»?

Второй:

Да то вообще хуйня.

Первый:

Хуйня не хуйня, а фильм жуткий согласись.

Второй:

Снят он галимо.

Первый:

В том и фишка.

Помнишь, как там сказали, что кассету нашли в лесу, а все кто снимал фильм пропали без вести? Будто их ведьма съела?

Снято так, будто всё было по-настоящему. Будто оперативные съёмки.

Стоил фильм тоже гроши. Там даже камеры взаймы брали.

Второй:

Второй раз уже так не получится. Эта идея уже забита-заплёвана.

Первый:

Ну, и что?

Главное такое придумать, чтобы все обоссались и вспотели. Понял?

Коля сказал, что сильнее всего действует на людей страх и юмор.

Второй:

Так что нам ужасы снимать?

Первый:

Можно и комедию.

Только ни в коем случае не мелодраму. Настоящий артхаусный фильм состоит из триллера и чёрного юмора.

Второй:

Какой фильм?

Первый:

Артхаусный. Это Коля сказал.

Второй:

Что ты всё «Коля сказал, Коля сказал»?

Ты всего лишь поссать сходил, а уже такой умный стал.

Первый:

Забацать такой фильмец нехуй делать. Зато потом прославимся не хуже Тарантино.

Второй:

Да. Было бы не плохо. А то, знаешь ли, надоело по слякоти чавкать. Хочется чего-то такого… чего-то такого…

Первый:

Коля уже и придумал.

Так вот, если мы поможем ему, то станем соавторами, и кучу бабла отгребём.

Так и сказал.

Сказал. Нужна смерть. Всякий фильм по-настоящему сильный должен бить зрителя наповал. Самый первый фильм должен быть жестким и убойным. А, что страшнее для человека смерти и позора? Этого всякий боится. Если не всякий, то большая часть людей. Про животных я вообще молчу.

Я снимаю фильм по типу документальных съемок. Есть и постановочные моменты, но в основном это реальное кино. Всё как в жизни без прикрас. Если туалет, то с говном. Если человек, то без грима, со всеми его прыщами и шрамами. Я и нашел такого. Всё будет, как в реальной жизни. Единственный постановочный момент это будет сцена убийства. Вот здесь вы мне и нужны ребята. Вы должны сыграть самих себя. Ментов. Ещё нужен человек на роль трупа. Найдите его. Какое-нибудь жалкое чмо. Не бойтесь. Никто никого убивать не будет. Всё под контролем. Это не какая-то там самодеятельность. Всё вполне серьёзно, ребята. Это такой экспериментальный проект. Международный. Стоит кучу денег на самом деле.

Второй:

Ого!

Первый:

Ну, как тебе такой расклад?

Второй:

Нормально.

Первый:

Возьмемся?

Второй:

Мы ничего не теряем, а это, какой никакой, шанс.

Первый:

Ага, шанс. Звезда, блядь, нашлась.

Ну, шо! Забацаем фильмец?

Второй:

Давай.

Уходят за кулисы.

Черный фон.

----------------------------------------------------------------------

Черный фон.

Ночь. Вокзальный туалет. Темно.

Голоса двух ментов.

Первый:

Кто знал, что его внатуре замочат?

Тот же крендель… как его?... Живич… не знал, что его снимают. Странно, что он ничего не заподозрил. Я-то думал, он в курсе. Знает весь расклад. А оказывается, Коля его незаметно снимал. Это чисто для нас такая фишка про кино была. Получается, этот Живич и не играл вовсе. Не играл, потому что не знал ничего.

Второй:

Что делать теперь?

Первый, переспрашивает:

Что делать?!

Первый:

Бери за ноги, а я спереди возьму.

Труп надо спрятать по-любому. Нет трупа, не станут и убийцу искать.

Второй:

Не мы же убивали.

Первый:

Какая разница? Спрятать всё равно надо. Найдут труп здесь, сразу к нам вопросы.

Второй:

А где спрячем?

Первый:

Есть одно место.

На путя положим. Типа, несчастный случай.

Надо только пронести незаметно.

Второй:

Этот амбал мог бы и помочь. Делов наделал, а нам разгребать.

Первый:

Тише ты, дурак. Ну его на хер. Сами справимся. Не хочу лишний раз с ним связываться.

Второй:

Так, что? Ему ничего не будет?

Так и будет шариться здесь, как ни в чём не бывало? Он же человека замочил.

Первый:

Пусть пока живет. Мы ещё его закроем.

Второй:

Я ж не знал ничего… если б я знал… я ж думал, всё понарошку, как в кино.

Первый:

Не ной.

Ты сам видел, как всё было… странно это… слишком просто всё.

Сами же привели его сюда, бомжа этого.

Второй:

Кино… кино…

Ни хрена себе кино… обосраться…

Я теперь даже телевизор смотреть не смогу. После такого.

Первый:

Нажраться бы.

Второй:

Точно.

Минутная тишина.

Первый:

Ну, давай, бери его. Времени мало.

Слышно, будто тащат что-то тяжелое.

Звуки отдаляются и затихают.

Тишина.

Черный фон.

ЖЕРТВА

Сцена первая. Король монтажа

На улице зима.

По улице идёт молодой парень лет двадцати, в очках.

Это король монтажа.

Он небрит.

С виду – уставший.

Мимо снуют прохожие. Всё, как в жизни.

Одет в линялый китайский пуховик зелёного цвета.

На голове чёрная вязанная шапочка.

Он идет. Ветер дует ему в лицо, но ему плевать на ветер.

Переходит через дорогу.

Мимо со звоном проезжает трамвай.

Короля догоняет какой-то тип, лет пятидесяти. Неопрятный. В замызганом сером пальто и кролячьей шапке. Это водитель трамвая, спешит на работу в депо.

Водитель:

Бодя…

Бодя!

Король не оборачиваясь идёт дальше.

Водитель догоняет короля:

Бодя, привет.

Король не оборачиваясь:

Привет.

Водитель:

Что? Холодно?

Король:

Да.

Водитель:

На работу, небойсь?

Король:

Да.

Водитель:

Верку видел? Пизду мою?

Король:

Нет.

Водитель:

А утром сегодня видел её?

Король:

Нет.

Водитель:

А она, вот, говорит, что видел.

Король молчит, идёт дальше.

Водитель:

Ох, и падла ты, Бодя. Ох падла.

Король молча идет дальше.

Оба идут мимо пекарни. И оба синхронно поворачивают головы в сторону пекарни.

Водитель облизнул пересохшие губы.

Водитель:

Бодя. Денег дай.

Король молчит.

Водитель:

Бодя, дай денег, падла. Ты мне должен теперь.

Король:

Нет.

Водитель:

Не пизди, Бодя. Я не люблю, когда мне пиздят.

Водитель тянет короля за рукав. Оба идут в пол оборота, друг к другу лицом.

Водитель:

Бодя. Я всё видел. Моя Верка сидела, а ты стоял над ней.

И хуй свой совал ей в еблище.

Сссука… ааа… ааа… аа

Водитель плачет.

Король убрал руку водителя со своего рукава и молча пошёл дальше.

Водитель немного отстал от короля, размазал сопли и слёзы по лицу и снова нагнал его.

Водитель с силой толкнул короля в спину.

Король споткнулся, но не упал, развернулся и дал себя ударить в лицо.

Водитель бьёт короля в лицо, но делает это неумело и сам страдает.

Водитель вывихнул кисть руки, трясётся от боли и плачет:

Водитель:

Бляаааа! Сука ты Бооодя! Ты, блядь, виноват во всёооом! Когда ты в депо работал, ты таким неее был!

А как, сука, ты стал в этом ящике рабооотать, так зазнааался! Совсем охуееел, дааа?

Король стоит прикрывает ушибленный нос своей вязаной шапочкой. В глазах слёзы. У него болит нос.

Король отворачивается и идёт дальше.

Водитель остаётся стоять на месте и кричит королю вслед:

Теперь ты мне, Бодя, должен вдвойне! И за руку, и за жену!

Водитель:

Слышишь меня, Бодя?! Верку-то я убью, суку! Не жалко тебе её? Она-то хоть хорошо сосала, а?! Хорошая соска, говорю?! Ответь! Слышишь?!

Король молча уходит, пряча нос в вязанной шапочке.

Водитель, идёт неспеша, потирая ушибленную руку.

Водитель, будто из последних сил, срываясь на визг, кричит вслед королю.

Водитель:

Не будь ты мой сын давно бы тебя урэкал!!! Давно!!!

Водитель грузно оседает в слякоть. Его сгорбленную фигуру сотрясают бесшумные рыдания.

Мимо снуют прохожие, оборачиваются на водителя и идут дальше.

Король возвращается.

Подходит к водителю, и сует ему в карман пальто деньги, пару купюр.

Водитель поднимает заплаканное лицо, смотрит на короля, шмыгает носом и говорит:

Спасибо.

Король уходит

(Элвис покинул здание).

Чёрный фон.

Сцена вторая. Подработка

Чёрный фон.

Зима, улица.

По улице идет оператор со штативом и большой сумкой. В сумке видеокамера.

Оператор:

Ну, и кого снимать тут?

(Оператор выходит на вокзальную площадь перед зданием вокзала. Позади оператора, напротив вокзала высится здание трамвайного депо).

(Оператор переходит через дорогу, мимо со звоном проносится трамвай).

Навстречу оператору бежит какой-то бомж и кричит во всё горло:

Оооуузззяааа!!!

Оператор успевает увернуться, а иначе бомжеватого вида мужик в сером пальто и бесформенной кролячьей шапке сбил бы его с ног.

Оператор:

Чмырь паганый.

Оператор делает пару шагов и останавливается. Смотрит вслед бомжу.

Оператор:

Может этого снять?

Оператор стоит молча с полминуты.

Оператор:

Да, ну. Нахуй.

Идёт дальше.

Оператор:

Так. Ладно. Для начала общак, средний. Парочку отездов и панораму.

Оператор ставит на штатив камеру.

Оператор:

А там дальше видно будет.

Оператор стоит рядом с камерой, закуривает. К нему подходит мальчик лет семи-восьми.

Мальчик, не смотря на мороз, одет небрежно. Синяя болоньевая курточка расстёгнута, тощая шея оголена. Без шапки, без рукавиц. Но кажется, будто мальчик не мёрзнет.

Мальчик:

Дядя, а Вы кино снимаете?

Оператор посмотрел на мальчика.

Оператор:

Нет. Просто.

Мальчик, восторженно:

Для телевизора?!

Оператор:

Угу.

Мальчик:

А меня покажут?

Оператор:

Ну, если я тебя сниму, то покажут.

Мальчик молчит. Переминается с ноги на ногу.

Оператор:

Ну, ладно. Иди, стань туда, возле рябины. Не забудь только улыбнуться.

Мальчик вприпрыжку подбежал к деревцу, и стал по стойке смирно, как часовой.

Оператор:

И курточку застегни, а то продует.

Мальчик застегнуться не смог, потому что на курточке не было верхних пуговиц.

Мальчик:

Мне не холодно!

Оператор поглядел по сторонам, и снял со своей шеи полосатый шарфик.

Оператор:

На! Замотайся! Если заболеешь, по телевизору не покажут.

Мальчик:

Ладно.

Мальчик подошёл к оператору, взял шарфик и кое-как намотал себе на шею.

Оператор, поправляя шарфик на мальчике:

Ладно. Нормально. Пойдет.

Мальчик вернулся к рябине и снова стал, опустив руки по швам.

Оператор снимает мальчика на камеру.

Оператор:

Ну, ты не стой так, как наказанный. Улыбнись. Скажи что-нибудь. Это ж не фотоаппарат, это же, как кино.

Мальчик:

А что сказать?

Оператор:

Что хочешь.

Мальчик поглядел по сторонам, попереминался с ноги на ногу.

Оператор:

Передай привет маме. Поле чудес видел?

Мальчик оживился:

Да! Там один мальчик машину выиграл!

Оператор:

Ну, вот.

Мальчик:

Я передаю привет маме, папе, Боре, бабушке, дедушке, дяде Пете, тёте Марине, сестричке Ане, Вите. Он мой друг. И Свете. Она тоже мой друг.

Оператор:

Всё. Снял.

Молодец.

Мальчик (улыбается):

Меня все видели в телевизоре?!

Оператор:

Да. Прямо сейчас все тебя видели. Представляешь?

Мальчик:

А я не видел.

Оператор:

Ну, на. Посмотри.

Оператор показал мальчику куда смотреть на камере и нажал «воспроизведение».

Мальчик молча посмотрел запись, и стал снимать шарфик.

Оператор:

Оставь себе. Это приз. Как в Поле Чудес.

Мальчик:

За что?

Оператор:

За то, что тебя показали по телевизору.

Мальчик:

Да?

Оператор:

Да. Всем приз дают, кого показывают по телеку.

Мальчик:

А можно я друга позову. Вы ему тоже приз дадите?

Оператор:

В другой раз.

Призы закончились. Приз же нужно выиграть. Просто так не дают.

Мальчик:

А я его выиграл?!

Оператор:

Да. Ты первый, кого я снял.

Кто на первом месте, тому и приз.

Мальчик:

Ааа.

А что Вы ещё будете снимать?

Оператор:

Да всё на сегодня. Больше не буду.

Мальчик:

Жалко.

Я тоже когда вырасту, тоже буду снимать, как Вы, кино всякое.

Оператор:

Молодец.

Ну, ладно. Мне пора.

Мальчик не попрощавшись убежал.

Оператор:

Странный мальчик.

Оператор поднял камеру вместе со штативом и пошёл в сторону вокзала.

Оператор:

«Иди на вокзал». Хули делать на вокзале? Там же одни уроды.

«Телевидение должно быть красивым, телевидение должно быть красивым». Окей. Найду ему красавца. Мало не покажется. И пусть попробует не заплатить, сука. Хуй шо получит.

Оператор дошёл до дверей вокзала. Остановился. Снял камеру со штатива и спрятал ее в сумку.

Вдруг, невдалеке увидел свой полосатый шарфик. Он валялся в снегу.

Оператор:

Блять. Чё за хуйня?

Оператор поднял шарфик, вытряхнул его и сунул в сумку с камерой.

Оператор:

Потерял, что ли?

Чёрный фон.

Сцена третья. Мальчик

Чёрный фон.

Мальчику показалось, будто шарфик его душит. Он его снял и выбросил.

Мальчик хотел было зайти в здание вокзала, но передумал и, вприпрыжку, побежал обратно.

Добежал до рябины, возле которой его снимал оператор, но там никого не было.

Мальчик потоптался, походил кругами вокруг дерева, поглядел по сторонам и убежал.

Черный фон.

Сцена четвёртая. Вера

Черный фон.

Зима. Оживлённая городская улица. Проходная трамвайного депо.

Из проходной выходит женщина лет сорока. Симпатичная. Трахать можно.

Это Вера, жена водителя.

Навстречу Вере выбегает мальчик лет семи-восьми.

Мальчик:

Мама!

Мама!

Меня показывали по телевизору!

Мальчик с разбегу обнимает Веру, а Вера мальчика.

Мальчик:

И я выиграл приз!

Вера:

Тише-тише. Не кричи так.

Мальчик (тихо):

Я выиграл приз.

Вера:

Какой?

Мальчик:

Я его выбросил. Он меня душил.

Вера:

Что?

Кто душил?

Мальчик тянет Веру за рукав.

Мальчик:

Идём, мама, я тебе покажу.

Чёрный фон.

--------------------------------------------------------------------

Черный фон.

Мальчик и Вера стоят возле дерева рябины.

Мальчик:

Вот. Я стоял тут, а дядя, что кино снимал, тут.

Вера:

И что он делал, этот дядя?

Мальчик:

Ничего. Просто кино снимал. Для телевизора.

Вера:

Он тебя душил?

Мальчик:

Нееет. Это шарфик тугой был. Это я приз выиграл. Потому что первый прибежал и меня по телевизору показали.

Вера:

А где шарфик.

Мальчик:

Выб…

Потерял.

Потерялся.

Вера:

Ну, ладно. Идём.

Вера и мальчик идут по улице, мимо со звоном проехал трамвай.

Мальчик:

Мама, а где папа?

Вера:

На работе. Где ж ему ещё быть?

Мальчик:

Я видел папу. Он плакал.

Вера останавливается, смотрит на сына.

Вера:

Ты видел папу?

Где?

Мальчик (показывает пальцем в сторону вокзала):

Там.

Вера (смотрит в сторону вокзала):

И что он там делал? Он был один?

Мальчик:

Да. Я хотел его позвать. А он уже ушёл.

Вера:

А куда он ушёл? Не видел?

Мальчик:

Нет.

Там дядя снимал кино и я пошёл смотреть. А потом папа уже ушёл на работу.

Вера (берёт мальчика за руку и они идут дальше):

А Боди возле папы не было?

Мальчик:

Неа.

Идут молча. Мимо снуют прохожие. Всё, как в жизни.

Черный фон.

Сцена пятая. Чёрный фон.

Чёрный фон.

Ночь. Вокзальный туалет.

Темно. Из-за темноты никого не видно.

Слышно, что кто-то спит.

Слышно, что кто-то проснулся.

Голоса водителя и вахтёра А. Живича.

Водитель:

Кто здесь?

Вахтёр:

Никто.

Молчание.

Водитель:

Иии… на хуй отсюда… никто.

Вахтёр:

Я здесь живу.

Водитель:

Тут?

Послышалось ерзанье.

Водитель:

А где я?

Вахтёр:

В туалете.

Водитель:

В каком туалете?

Вахтёр:

На вокзале.

Водитель:

А что я тут делаю?

Вахтёр:

Ты спал в кабинке, а я тут дерьмо убираю.

Водитель (глубокий вдох и выдох):

Сдохнуть хочу.

(вдох и выдох)

Сссука.

Вахтёр:

Когда спишь, кажется, что ничего нет.

Водитель:

Я спал уже.

Хуёво было.

Вахтёр:

Хуёво стало, когда ты проснулся.

(звуки швабры и льющейся воды).

Водитель:

Хуёво как…

Лучше б и не просыпался.

Вахтёр:

А ты и не засыпал.

Нет тебя.

Водитель:

Я пустое место?

Вахтёр:

Ты пустое место.

Водитель:

Я ничтожный кусок говна?

Водитель засмеялся.

Водитель (весело):

А мне полегчало…

Вахтёр:

Нет. Говно другое. Я убираю его каждый день. На тебя оно похоже, но это не ты.

Водитель:

А кто я?

Вахтёр:

Чмо задроченное.

Водитель:

Я здохну, и после меня останется только говно.

Вахтёр:

А я его уберу и будет чисто до утра.

Водитель:

Только до утра?

Вахтёр:

Да. Утром снова насрут и так до вечера.

Водитель:

А ночью?

Вахтёр:

А ночью тут чисто.

Водитель:

Я ничего не вижу. Здесь что? Темно?

Вахтёр:

Да. Ночь ведь.

Водитель:

Свет не зажжёшь?

Вахтёр:

Нет.

Я люблю темноту.

Даже если грязно, то кажется что чисто.

Водитель:

Правильно. Не зажигай лампу. А то глаза болят.

Короткое молчание.

Вахтёр:

Тебе плохо?

Водитель:

Да.

Вахтёр:

Я убью тебя?

Молчание.

Водитель:

Да.

Вахтёр:

Хорошо.

Чёрный фон.



проголосовавшие

RUUG
RUUG
Упырь Лихой
Упырь
сергей неупокоев
сергей
Omich
Omich
ZoRDoK
ZoRDoK
Савраскин
Савраскин
Роман Радченко
Роман
Для добавления камента зарегистрируйтесь!

всего выбрано: 39
вы видите 24 ...39 (3 страниц)
в прошлое


комментарии к тексту:

всего выбрано: 39
вы видите 24 ...39 (3 страниц)
в прошлое


Сейчас на сайте
Пользователи — 1

Имя — был минут назад
Викторъ Костильбургъ — 3 (комментирует)

Бомжи — 0

Неделя автора - Анна Саке

*Учу на гитаре гаммы..."
*Под стоны соседей и стук мышеловок...*
*Пусть даже дряхлой и спившейся...*

День автора - Владд

Театр
Алые Бусы
Пр Ону Бак
Ваш сквот:

Последняя публикация: 16.12.16
Ваши галки:


Реклама:



Новости

Сайта

Надо что-то делать с

22 марта в Санкт-Петербурге, состоится публичная беседа с участием режиссера Ольги Столповской "Кино и книга: сходства и различия" в программе семинара «Литература как опыт и проблема» (руководите... читать далее
17.03.16

Posted by Упырь Лихой

16.10.12 Актуальное искусство
14.02.09 Газета «Ху Ли»
Литературы

Купить неоавторов

Книгу Елены Георгиевской "Сталелитейные осы" (М.: Вивернариум, 2017), куда вошли также некоторые "неоновые" тексты, теперь можно купить в магазинах: "Фаланстер" (Москва, Малый Гнездниковский переулок,... читать далее
18.10.17

Posted by Иоанна фон Ингельхайм

10.02.17 Есть много почитать
25.01.17 Врезавшие дуба, "Бл

От графомании не умирают! Больше мяса в новом году! Сочней пишите!

Фуко Мишель


Реклама:


Статистика сайта Страница сгенерирована
за 0.039415 секунд