Rambler's Top100
fisting
упырь лихой, явас ебу, гальпер, а также прочие пидары и гомофобы.
... литература
Литературный портал создан с целью глумления над сетевыми графоманами. =)
Приют
мазохиста!


Убей в себе графомана



Владимир Ильич Клейнин

Деление (для печати )

Либо животные каждого вида учатся контролировать рост

своей популяции, либо они вымирают от посторонних

причин: голода, или болезней, или войны.

 

Ч. Паланик

 

 

 

1. Почки холокоста

 

Йозеф Менгеле родился в Баварии в 1911 году. В 21 год он вступил в штурмовые отряды СА. Участие в деятельности штурмовых отрядов не помешало Йозефу обучаться медицине и антропологии в университетах Мюнхена, Вены и Бонна. В 1938 году Менгеле получил докторскую степень по медицине. Темой его докторской диссертации были «Расовые различия структуры нижней челюсти». В том же году молодой доктор вступил в СС.

 

 

 

Помимо медицины, Йозефа Менгеле очень интересовали биология и зоология. Он считал, что любое живое существо можно размножать делением и почкованием, а информация об этих способах размножения заложена в генах этих самых существ. Необходимо только достучаться до нужной информации, уже успевшей стать атавизмом, и заставить ее работать в нужном направлении.

 

В 1938 году доктор Менгеле разработал первый прообраз «вакцины деления». Это вещество при инъекции его растениям, размножающимся делением, провоцировало увеличение скорости деления, что иногда случалось в катастрофических масштабах. Однако после прекращения действия вакцины, деление сразу же прекращалось. Состав вакцины на протяжении долгих экспериментов неоднократно менялся, постоянно совершенствуясь. В конце 1939 года Менгеле уже смог добиться деления не только от растений и одноклеточных, но и от некоторых видов животных. Тараканы и крысы проявили необычайную склонность к «вакцине деления» и были очень сильно подвержены ее действию. Йозеф хотел применить свой препарат к более благородным животным, однако, недавно начавшаяся Вторая Мировая Война вырвала талантливого доктора из медицинской лаборатории и отправила на фронт.

 

Пятая танковая дивизия СС «Викинг» более чем на два года отняла у молодого биолога его лабораторию вместе со всеми вакцинами, научными экспериментами и прочей деятельностью. Йозеф Менгеле стал работать хирургом. Спустя год он уже заслужил звание гауптштурмфюрера СС, а еще через некоторое время получил Железный Крест 1-й степени. В 1943 году на восточном фронте доктор Йозеф Менгеле был тяжело ранен.

 

После ранения тридцатичетырехлетний гауптштурмфюрер СС доктор Йозеф Менгеле был направлен в госпиталь, а после выздоровления переведен в качестве главного врача в концентрационный лагерь Освенцим. Там Йозеф решил продолжить свои эксперименты с «вакциной деления» и попытаться использовать этот препарат на людях. Если бы доктору Менгеле удалось добиться размножения людей делением, то возможно нехватка военнослужащих была бы устранена и Третий Рейх смог бы восстановить силы и отбить наступающие со всех сторон орды врагов.

 

***

 

Должность главного врача концентрационного лагеря Освенцим позволила доктору Йозефу Менгеле без санкций вышестоящего руководства проводить медицинские эксперименты над узниками лагеря в небольших масштабах. Эксперименты были достаточно безобидными и поначалу заключались лишь во введении инъекций с «вакциной деления» нескольким узникам.

 

Для чистоты эксперимента Йозеф Менгеле решил взять несколько военнопленных разных национальностей: француза, поляка, англичанина, грека, серба, русского и еврея. Все подопытные были приблизительно одинакового возраста (38-40 лет), одинакового роста (175-180 см), одинакового веса (72-75 кг), крепкого телосложения и практически здоровыми.

 

Помимо простого испытания вакцины, нужно было выяснить степень подверженности каждой из существующих в рамках эксперимента национальностей «вакцине деления» и совместить общий медицинский эффект с расовыми различиями.

 

***

 

Эксперимент проходил довольно уныло и вяло. Поначалу не происходило ничего удивительного. Француз заболел каким-то простудным заболеванием, англичанин отравился некачественной пищей, а грек заявил, что потерял аппетит и некоторое время ничего не ел. Остальные подопытные были в норме. В течение трех недель непрерывного приема препарата в результате эксперимента не было выявлено никаких эффектов.

 

Йозеф Менгеле уже сделал поспешный вывод, что «вакцина деления» не работает на людях. В чем-то этот замечательный биолог был прав. Люди действительно были не подвержены действию этой растительной вакцины. Но низшие существа вскоре начали делиться.

 

Доктор Менгеле решил продолжать эксперимент еще одну неделю и в случае неудачи свернуть его и прекратить все научные разработки в области «вакцины деления». За два дня до окончания эксперимента медицинская сестра обнаружила у еврея, подвергающегося ежедневной вакцинации, странный нарост рядом с шеей, величиной с грецкий орех. Руководитель эксперимента тотчас же был оповещен о данном событии.

 

В результате осмотра еврея никаких выводов сделано не было. Однако данное вздутие из всех проявленных симптомов в процессе эксперимента являлось наиболее походящим на почкование. В связи с внезапным происшествием эксперимент было решено продлить на неограниченный период времени…

 

***

 

Через три дня после появления на теле пациента вздутие уже было больше кулака своего владельца. Кроме того, ягодицы подопытного еврея начали раздваиваться. Эти признаки явно указывали на то, что эксперимент идет в правильном русле и, возможно, в ближайшее время он закончится блестящим научным открытием в области скоростного создания «людей».

 

Спустя неделю после появления нароста, еврей уже имел вторую шею, снабженную странным шаром, в перспективе собирающимся принять форму головы. Все органы подопытного раздвоились. Хотя новые сердце, печень, кишечник, почки и другие субпродукты размером были меньше исходных органов, они уже полноценно функционировали.

 

Раздвоившись, ягодицы еврея образовали два дополнительных ануса. Старый же анус за ненадобностью отмер. Именно от него вверх и вниз по делящемуся организму устремилась трещина, которая и должна была стать линией разрыва двух родственных тел. Из крайних ягодиц начали произрастать третья и четвертая ноги. Старые половые органы отмерли, а вместо них появилась пара новых.

 

Еврей, несмотря на процесс деления организма, чувствовал себя превосходно. Питался усиленно, иногда просил дополнительных порций «вакцины деления», но для чистоты эксперимента доза вакцины не увеличивалась.

 

Менгеле был в восторге. Еврей превзошел все его ожидания. И спустя 28 суток после появления первых визуальных признаков деления, пациент успешно распался надвое, не испытывая ни боли, ни прочих отрицательных чувств и эмоций.

 

Нововоспроизведенные существа были очень похожи друг на друга. Они напоминали близнецов, не потерявших сходство даже в сорокалетнем возрасте. Воспоминания о прошлом у обоих были одинаковы, но с момента разделения евреи начали мыслить самостоятельно, независимо друг от друга. Оба вновь образовавшихся еврея чувствовали себя великолепно и изъявили желание в дальнейшем продолжать участвовать в эксперименте.

 

С остальными подопытными ничего не происходило.

 

***

 

Доктор Менгеле подключил к эксперименту еще трех евреев. Спустя 28 суток у всех троих появились наросты на шее. После этого события остальные участники эксперимента, не являющимися евреями, и, соответственно, не подверженные действию «вакцины деления», были отстранены от эксперимента и отправлены на строительные работы.

 

Первые два пациента спустя 28 суток уже распались надвое. В результате этого первый еврей, эксперимент над которым начался 84 дня назад, разделился на 4 части, каждая из которых ничем не уступала его изначальному состоянию.

 

Повторное участие уже однажды отпочкованного еврея в эксперименте привело к тому, что процесс деления ускорился в два раза. Йозеф Менгеле понял, что стоит на пороге одного из величайших открытий в биологии, зоологии и антропологии. Ему было необходимо увеличить количество подопытных. Но для экспериментов подобных масштабов необходимо было получить одобрение высшего руководства СС.

 

Руководитель научной организации Аненербе, входящей в состав СС, Вольфрам Зиверс являлся тем самым человеком, который занимался выделением финансовых средств молодым и перспективным ученым из СС.

 

***

 

- На первый взгляд, «Тайная Доктрина» является бредом безумной Блаватской, - говорил Йозеф Менгеле руководителю Аненербе Вольфраму Зиверсу. – Но на самом деле там очень много правильных вещей. Взять хотя бы информацию о том, что человеческая раса эволюционировала не от животных, а скорей от энергетических существ, бестелесных духов. Так вот, эти существа постепенно обрастали телом, то есть становились не эфирными как изначально, а более плотными. В росте же они наоборот уменьшались и дошли в итоге до наших размеров. В процессе эволюции человека происходили также изменения и с процессами его размножения. Человек не всегда размножался половым путем. Изначальные человеческие предки размножались делением и почкованием. Затем человек стал двуполым, то есть гермафродитом. Немного позже он разделился на мужчину и женщину…

 

- Очень интересно, гауптштурмфюрер, - перебил Йозефа Вольфрам Зиверс. – Все это очень познавательно, но все же, чтобы выделить вам такие огромные деньги на проведение этого эксперимента я должен быть уверен, что ваши деления и размножения имеют практический смысл и могут быть использованы на благо Рейха. Может быть, вы мне объясните экономический или военный смысл всего этого?

 

- С радостью объясню, - ответил доктор Менгеле. – Если мы сможем размножить низшие расы путем деления или почкования, то в короткие сроки сможем получить огромное количество рабочей силы. Солдат из этих недочеловеков, конечно, не выйдет, но работать они точно смогут.

 

- С этой точки зрения ваша идея нас очень интересует, господин Менгеле, - произнес Зиверс. – Продолжайте.

 

- Евреи, если верить той самой Тайной Доктрине, относятся не к нашей пятой расе, а к одной из более ранних рас, скорей всего третьей, - продолжил свой рассказ Йозеф Менгеле. – Также как обезьяны, которые не являются предком человека, а являются потомками одного с нами предка, развивающимися обособленно от людей. Соответственно, к человеческой расе обезьяны никакого отношения не имеют. Но вернемся к евреям. На основе проведенных экспериментов я понял, что евреи, также как и обезьяны, не имеют отношения к людям. На одной из стадий развития третьей человеческой расы произошло разделение человечества на непосредственно наших предков и на предков современных евреев. То есть, уже несколько миллионов лет еврейская раса развивается автономно от человеческой. И всего несколько тысяч лет назад эти расы встретились, и между ними началась вечная война.

 

- Ваша теория очень понравится рейхсфюреру Гиммлеру, - сказал Зиверс. – Очень правильная теория о том, что евреи являются низшей расой и к нашей арийской расе не имеют никакого отношения. Если б у вас еще были какие-то доказательства этого, то деньги на эксперимент я бы смог получить без проблем.

 

- Доказательства есть, - сказал Йозеф. – Мои медицинские эксперименты показали, что между людьми и евреями имеется множество физиологических отличий. Все это не просто записано, но и имеет конкретные научные доказательства. Духовные же отличия человека от еврея просто огромны. Между ними находится духовная бездна! В этом плане еврей – антипод человека!

 

- Повторюсь еще раз – ваша идея очень близка нашей организации по духу, гауптштурмфюрер Менгеле, - сказал Зиверс. – В ближайшее время я буду обсуждать вашу проблему с Гиммлером. Судя по тому, что вы мне здесь рассказали, деньги Гиммлер выделит. А вы со своей стороны передайте мне результаты ваших экспериментов. Думаю, с ними убедить рейхсфюрера в огромной пользе и крайней необходимости подобных исследований будет несложно…

 

2. Семитарий

 

Эксперимент доктора Менгеле был санкционирован рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером в начале октября 1943 года. К тому времени доктор уже успел задействовать 4 пациента, расплодившихся общим количеством до 39 особей. Первый подопытный продолжал быть рекордсменом по числу произведенного им потомства.

 

После одобрения научных исследований в области «вакцины деления» руководством СС, для чистоты эксперимента были задействованы еще 10 особей мужского пола еврейской национальности. Йозеф Менгеле еще не знал, что вскоре, изначальное число подопытных – четырнадцать, начнет обрастать нулями с огромной скоростью.

 

Маленькая медицинская лаборатория уже не подходила постоянно разрастающейся плантации отпочкованных евреев. Поэтому было решено перевести все 49 экспериментальные единицы в другую лабораторию, которую называли Инкубатор. Старая лаборатория была перепрофилирована в небольшую фармацевтическую фабрику по производству «вакцины деления».

 

Инкубатор представлял собой здание без окон на двести шестьдесят койко-мест с небольшим помещением, где мог бы расположиться медицинский персонал, и можно было бы проводить исследования.

 

Масштабы эксперимента постоянно увеличивались. К новому 1944 году персонал лаборатории доктора Менгеле с момента начала эксперимента вырос с семи до двадцати двух человек. В то время как количество подопытных уже перевалило за сотню. В результате введения «вакцины деления» немецким ученым удалось за несколько месяцев размножить группу евреев почти в восьмикратном масштабе.

 

Первый подопытный к новому году уже смог разделиться на тридцать два взрослых мужчины, не потерявших ни в весе, ни в росте, ни в чем-нибудь другом. С точки зрения генетики и животноводства это было огромное достижение в мировой науке, но, ни Менгеле, ни люди, санкционировавшие этот эксперимент, еще не понимали, чем все эти опыты могли закончиться.

 

По загадочной случайности имя первого пациента было Адам. Так его и решили называть в дальнейшем. В соответствии с Библией, второго назвали Евой, третьего и четвертого Каином и Авелем. Спустя несколько недель Авраам родил Исаака, а Иаков родил Иуду. Все в точности как Библии.

 

Некоторые смеются, что в Библии написано, будто один мужчина родил другого. Некоторые говорят, что родила женщина, просто мужчина является отцом. Однако доктор Йозеф Менгеле на основе экспериментальных исследований понял, что в Библии все написано прямо, без каких-либо иносказаний. А евреям не нужна была женщина для размножения. Они делились почкованием!

 

Исаак действительно родил Иакова без помощи женщины. Он не оплодотворял ни женщины, ни собаки, ни крысы, ни даже дупла, выдолбленного трудоголиком-дятлом в ливанском кедре. Он просто отпочковался и поделился. Как растение, как одноклеточное, как настоящий еврей, всегда размножающийся таким способом по своей природе!

 

Женщины понадобились евреям для того, чтобы среди людей можно было сойти за своих. Чтобы смешать яд, текущий в иудейских жилах, с кровью людей и отравить ее. Женщины у евреев это мимикрия. Такая же, как замена еврейской внешности на близкий к человеческому облик, такая же, как голубые глаза и светлые волосы. Женщины у евреев - это защитная реакция на изменение окружающей среды. Это - как цвет у хамелеона, это - как лось сбрасывает рога, а змея старую кожу. Иудейская женщина – это гусеница, превратившаяся в уродливую бабочку только для того, чтобы разнести повсюду своих личинок, которые впоследствии сожрут все растения вокруг. И превратят цветущую землю в пустыню.

 

Первое семейство подопытных евреев было названо библейской семейкой. Как раз во время католического рождества, по библейскому списку имен, отпочковался Иисус. Он был слишком ленив для проповедей, хотя персонал лаборатории и относился к нему настороженно.

 

Одновременно с этими событиями на территории концентрационного лагеря Освенцим началось строительство новой лаборатории, специально для экспериментов доктора Менгеле. Архитектор Альберт Шпеер, несмотря на свою работу по руководству министерством вооружений, лично взялся за создание проекта этого подземного комплекса. Ходили слухи, что сам Адольф Гитлер рисовал эскизы для данного проекта…

 

***

 

В январе 1944 года эксперименты с «вакциной деления» пошли полным ходом. На территории Освенцима силами военнопленных была отстроена вторая лаборатория, представляющая собой трехэтажный подземный медицинский комплекс на тридцать тысяч койко-мест. По национальности своих пациентов лаборатория получила название Семитарий.

 

На нижний этаж лаборатории поместили пациентов из Инкубатора, который полностью освободили от обильно наделившихся и преумножившихся евреев. К тому времени из четырнадцати прародителей уже образовалось небольшое племя размером в сто восемьдесят две головы, из которых библейское семейство составляло сто четыре экземпляра.

 

На среднем этаже было размещено восемьдесят восемь свежих евреев – будущих прародителей второй волны. Верхний этаж наполовину состоял из медицинских и технических помещений, а вторая его часть включала в себя места для пациентов. Так как количество евреев, участвующих в эксперименте, пока было не слишком большим и два нижних этажа более чем наполовину были пусты, верхний этаж на первом этапе никем не заселялся.

 

Состояние Адама и ста трех его отпочкованных братьев было отличным. Это семейство евреев, расплодившееся бесполым путем, постоянно просило еды, воды и «сыворотки деления». Однако доктор Менгеле распорядился поддерживать рацион подопытных на обычном уровне, также как и дозу вакцины.

 

В процессе эксперимента половина библейской семейки была направлена для проведения работ по уборке территории лабораторного комплекса. Однако эти евреи не сделали ровным счетом ничего. Они не мыли пол, не передвигали мебель, не готовили пищу и отказались стирать свое белье. Грязь, в которой проживали эти существа, была их родной стихией, и они не хотели выбираться оттуда.

 

Помимо погрязания в грязи, отпочкованные евреи попросту не хотели работать. Они даже под страхом смертной казни отказывались делать что-либо, кроме как жрать, спать и испражняться в одном и том же месте.

 

Для мытья бараков и приготовления пищи приходилось использовать других заключенных из Освенцима. Размножившиеся паразиты требовали все больше затрат. Продукты со всего генерал-губернаторства направлялись в Освенцим для поддержания эксперимента. Случалось, что пищи не хватало нормальным пациентам и сотрудникам охраны из СС, но отпочкованных все равно продолжали кормить как ни в чем не бывало.

 

В конце января Вольфрам Зиверс потребовал от гауптштурмфюрера Менгеле отчет о проделанной работе. Зиверс интересовался, когда уже этот дорогостоящий эксперимент даст Рейху необходимую в это крайне тяжелое время рабочую силу. С этого момента перед доктором Йозефом Менгеле возникло несколько вопросов.

 

Первый вопрос заключался в том, как общаться и работать с людьми, которые тонут в собственной грязи. С существами, которым не хочется даже добраться до туалета и они испражняются на пол, рядом с собственной кроватью, на которой они принимают пищу, спят и рождают себе подобных.

 

Второй вопрос заключался в целесообразности дальнейшего проведения эксперимента. Смысл выращивания этих многочисленных существ заключался исключительно в быстром воспроизводстве бесплатной рабочей силы для Третьего Рейха. Если отпочкованные евреи отказывались работать, то смысла в них не могло быть. Проведение эксперимента только ради научных целей было экономически неоправданно на столь тяжелой для Германии фазе войны.

 

Третий вопрос при новом лабораторном корпусе на тридцать тысяч койко-мест изначально не был острым. Но прошло всего лишь несколько месяцев, и он затмил собой первые два. Вопрос заключался в том, куда деть всю эту бесполезную биологическую массу, которая ежедневно увеличивалась…

 

***

 

В Валентинов день, 14 февраля 1944 года, ассистент доктора Менгеле зафиксировал рекордную рождаемость. В этот день Семитарий пополнился шестьюстами шестьюдесятью шестью новыми жителями. Общее количество евреев в лаборатории уже составляло тринадцать тысяч восемьсот семьдесят два человека. При таком темпе размножения помещение Семитария в ближайшее время могло стать недостаточным для дальнейшей исследовательской работы.

 

Было просто необходимо заставить евреев работать, чтобы отправить часть из них на рытье подземных тоннелей, на возведение бетонных бункеров, восстановление уничтоженных врагом автомобильных и железных дорог. Тогда решились бы сразу две проблемы – проблема перенаселения Семитария и проблема недостатка рабочей силы в Третьем Рейхе.

 

Однако евреи, как могли, противились любым попыткам заставить их работать. 23 февраля, когда общее число пациентов составило двадцать девять тысяч триста тридцать шесть голов, Менгеле приказал вывести пятьсот евреев на улицу для рытья противотанковых рвов вокруг концентрационного лагеря. Это была директива вышестоящего руководства, которое уже понимало, что вопрос вторжения Красной Армии на территорию Польши – это лишь вопрос времени.

 

Но, несмотря ни на что, никакого рытья рвов не вышло. Отпочкованные евреи сначала очень не хотели выходить наружу из своих апартаментов. Затем охрана лагеря все-таки смогла вытолкать на улицу пятьсот экземпляров этих человекообразных существ. На улице евреи, невзирая на сильные морозы, сели на землю и заявили, что делать ничего не будут. Немцы начали пинать некоторых из сидевших, но те только огрызались в ответ. Один из тунеядцев даже укусил немецкого солдата за сапог. Йозеф Менгеле был взбешен столь наглым поведением заключенных, которых он произвел на свет исключительно в качестве рабочей силы.

 

Через час безуспешных попыток расшевелить евреев доктор Менгеле решился на крайние меры. По его приказу 10 евреев подняли на ноги, выволокли на плац перед их соплеменниками и расстреляли. Это происшествие не произвело на остальных евреев никакого впечатления. Лишь некоторые попросили разрешения съесть своих мертвых собратьев по почкованию.

 

В ответ на это было расстреляно еще пятьдесят голов евреев. Затем еще сто, затем еще сто пятьдесят. Ни один из оставшихся в живых существ не потрудился подняться с земли, даже под страхом смерти. В порыве ярости гауптштурмфюрер Менгеле приказал расстрелять всех кроме одного. Но тот последний также отказался от работы и был убит. За несколько часов нахождения пятисот евреев на улице у них родились четыре новых собрата, которые также были благополучно расстреляны вместе со всеми остальными.

 

Когда после казни Йозеф Менгеле приказал сотрудникам охраны лагеря сжигать трупы евреев, а сам вернулся в подземную лабораторию, то был очень неприятно поражен. По последним данным количество евреев в подземелье составило тридцать тысяч сто пятнадцать голов. Лимит койко-мест в Семитарии был успешно преодолен…

 

***

 

Уполномоченный рейхсфюрера СС по созданию структуры СС и концентрационных лагерей на территории генерал-губернаторства, бригадефюрер Одило Глобочник, выступал перед высокопоставленными чиновниками СС и руководством генерал-губернаторства на конференции, проходящей в концентрационном лагере Освенцим в мае 1944 года.

 

За дверью конференц-зала послышался шум и чей-то взволнованный голос. Участники конференции начали оборачиваться и недоуменно поглядывать на дверь. Речь докладчика прервалась.

 

Затем дверь зала раскрылась, и в нее вошел сначала штурмбанфюрер СС, руководящий охраной конференции, а затем человек в белом халате. Вторым вошедшим являлся гауптштурмфюрер СС доктор Менгеле.

 

Йозеф Менгеле был перепачкан кровью. Его правая рука сжимала шприц с какой-то мутной жидкостью. Доктор был бледен, руки его тряслись, а губы дергались, пытаясь образовать кривую усмешку.

 

- Близнецы, - произнес Менгеле дрожащим голосом. – Чертовы близнецы! Там их столько…

 

- Что случилось, гауптштурмфюрер? – спросил бригадефюрер Глобочник. – Какие близнецы? Почему вы в таком виде? И что здесь происходит?

 

- Преумножайтесь делением! – засмеялся Менгеле. – Разрастайтесь почкованием! Не хотите заглянуть в нашу лабораторию, господин бригадефюрер?

 

- Немедленно прекратите, Менгеле! – произнес человек, скромно и незаметно сидящий в углу. – Это секретный эксперимент и не нужно озвучивать какую-либо информацию о нем на этом совещании.

 

Йозеф сразу узнал в этом человеке всемогущего рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера.

 

- Господин рейхсфюрер, - голос Менгеле задрожал еще больше. – Материал выходит из-под контроля. Вам нужно срочно это увидеть!

 

Гиммлер кивнул Вольфраму Зиверсу, и тот быстро поднялся со своего места и удалился из зала заседаний вместе с Менгеле…

 

***

 

- Что случилось, Йозеф? – взволнованно спросил Зиверс доктора, как только они вышли из зала. – Эксперимент провалился и весь материал погиб?

 

- Все намного хуже, господин Зиверс! – произнес Менгеле. – Эксперимент удался! Даже слишком удался. Недочеловеческие расы могут размножаться делением через почкование! Для них это нормальный способ воспроизводства, как оказалось!

 

- Так что же вы нервничаете! – обрадовался Вольфрам. – Получите орден за свои эксперименты, если все действительно так. Премию денежную получите и повышение по службе.

 

- Какая премия? – засмеялся Менгеле. – Их там тысячи! Мы уже не можем ничего сделать! Эти чертовы двойняшки, тройняшки и десятирняшки. Эти близнецы, которые делятся еще пополам, а затем еще и еще и в итоге их сотни! Вы видели их? Хотите взглянуть на монстров? Хотите увидеть биологический материал, который с помощью нашей сыворотки можно заполонить весь мир? Они за пару лет вытеснят всех нас из Европы!

 

- Они начали делиться гораздо эффективней, чем нам бы хотелось? – удивленно спросил Вольфрам Зиверс.

 

- Не гораздо эффективней, а катастрофически эффективней! – поправил Зиверса Менгеле. – Весь этот зоопарк нужно уничтожить как можно скорей! Потому что если мы этого не сделаем, то нам уже не смогут помочь ни японцы, ни американцы, ни даже русские! В ближайшем будущем, самые населенные страны мира - Китай и Индию можно будет считать безлюдными пустынями по сравнению с этим иудейским муравейником!

 

- У вас есть какие-то мысли, как выйти из создавшейся ситуации? – спросил Зиверс.

 

- Еще недавно мысли были, - нервно засмеялся Менгеле. – Конечно, отпочкованных евреев можно уничтожить обычным способом. Но они не чувствуют боли! Эти низшие формы жизни! Эти человеческие амебы! Я отрезал им руки и ноги, им не больно! Я прикручивал отрезанные части тела на место гипсом. О чудо! Все срастается уже через сутки! Если бы мы могли прилепить оторванную ногу немецкому солдату! А иногда эти твари срывают гипс и начинают жрать свою, уже начавшую прирастать ногу…

 

- Оставьте в покое ваши ноги с руками! – перебил доктора штандартенфюрер Зиверс. – Давайте решим сначала существующую проблему, а потом займемся поеданием ног. Что вам нужно для решения проблемы?

 

- Мне нужно разрешение на уничтожение всего материала, участвующего в эксперименте! – воскликнул Йозеф. – Мне нужны люди для уничтожения накопившегося генетического мусора! Нужны финансовые и технические средства для осуществления всех этих мероприятий! Нужны…

 

- Успокойтесь, Менгеле, - прервал подчиненного глава Аненербе. – Мы решим все эти вопросы. Сегодня я согласую все с рейхсфюрером Гиммлером и он выделит людей. Роты СС вам хватит?

 

- Успокойтесь? Рота СС? – стал негодовать Менгеле. – Вы вообще представляете себе масштабы катастрофы? Вы представляете сколько генетического мусора находится в наших лабораториях?

 

- Не представляю, - спокойно ответил Зиверс. – Судя по тому, что вы считаете их огромной угрозой их там, наверное, около тысячи. Так?

 

- Тысячи? – злобно рассмеялся Менгеле. – Тысячи! Сотни тысяч! Их там уже около миллиона! Их там десяток на квадратный метр! Они живучи как тараканы и крысы! Жрут друг друга и размножаются! И чем больше жрут, тем больше размножаются!

 

- Как это около миллиона? – побледнел Зиверс. – Вы же докладывали мне, что для эксперимента задействовали сначала 14 евреев, а затем еще 88 штук. Это ложные данные?

 

- Данные правильные, - ответил Менгеле. – Изначального материала было действительно 102 экземпляра. Но сейчас их около миллиона. А через месяц будет не меньше двух! Скоро стены лаборатории треснут под напором этих разрастающихся тварей изнутри. И тогда зло вырвется наружу! Первый раз римляне уже выпустили зло в мир, завоевав Иудею. Они установили контакт со злом через его порабощение. Но поработили самих завоевателей! Рим рухнул! Если мы допустим утечку зла, то рухнет уже весь мир!

 

***

 

- Окончательное решение? – недоуменно переспросил Гитлер. – Насколько я помню, оно уже давно принято и весьма успешно исполняется. Мы уже много лет высылаем евреев из Рейха, а нежелающих выселяться отправляем на принудительные работы в концентрационные лагеря. Разве нет?

 

- Мой фюрер, вы говорите о мирном решении еврейского вопроса! Это нечто совершенно иное! Над Европой нависла опасность похуже монгольских орд с востока! Экспериментальный материал размножается в катастрофических масштабах! – взволнованно заговорил Гиммлер. – Эти твари почкуются, делятся, вырастают, затем пожирают друг друга и снова почкуются, делятся и вырастают. Я, как специалист в области сельского хозяйства, могу вам сказать, что если бы, например, крупный рогатый скот размножался с такой скоростью, то 99 % фермерских хозяйств Третьего Рейха пришлось бы закрыть за ненадобностью в связи с переизбытком продовольствия. Мы стоим на пороге гуманитарной и экологической катастрофы!

 

- Чудовищно! – воскликнул Гитлер. – Вы хотите, чтобы я санкционировал принудительную утилизацию этих тварей во имя спасения человечества?

 

- Это просто необходимо, мой фюрер! – сказал Гиммлер. – Я понимаю, что всегда сложно отдать приказ об уничтожении людей. Но это совсем не люди! Это генетический мусор, взращенный в наших лабораториях! Это досадная ошибка ученых! Мы создали это зло и наша же задача его остановить!

 

- На благо всех живых существ! – воскликнул Гитлер. – Ом Мани Падме Хум! Я считаю, что для спасения человечества это мероприятие можно санкционировать. Генрих, давайте свою бумажку, я готов ее подписать…

 

3. День урожая

 

Оберштурмбанфюрер СС, инспектор концентрационных лагерей и бывший начальник Освенцима Рудольф Хесс прибыли в лагерь, чтобы решить проблему, возникшую в результате экспериментов доктора Менгеле.

 

 

 

- Сколько у вас есть людей в гарнизоне, которые могут принять участие в операции по зачистке Семитария? обратился Хесс к начальнику гарнизона СС Рихарду Беру. – Не бросайте туда всех, оставьте кого-нибудь для охраны и прочих повседневных занятий.

 

- Тридцать человек могу выделить для операции, - доложил Бер. – И сам готов принять участие.

 

- Хорошо, - ответил Хесс. – Готовьтесь к операции, через 2 часа начинаем.

 

- Хайль Гитлер! – воскликнул начальник гарнизона и удалился инструктировать подчиненных перед предстоящей операцией.

 

- Вот видите, Менгеле, - обратился инспектор к доктору, - Тридцать вооруженных людей! От ваших выродков через пару часов не останется вообще ничего. Мы их превратим в горы фарша. И незачем было обращаться к Гиммлеру. У нас там такой шум поднялся из-за ваших экспериментов.

 

- Вы не понимаете, что здесь происходит, господин оберштурмбанфюрер, - ответил Менгеле. – Тридцать человек не смогут нанести ущерб этим евреям. Даже если ваши люди убьют несколько тысяч врагов, за время боя евреи смогут воспроизвести еще большее количество себе подобных тварей.

 

- Прекратите эти пораженческие речи! – рассвирепел Хесс. – Я сам разберусь, как мне решить проблему, которую создали, между прочим, вы! Я отвечаю за ход операции «Урожай»! А вы лучше готовьте свое оружие, пойдете с нами туда…

 

***

 

- Все готовы к стрельбе по генетическому мусору? – Рудольф Хесс пробежал глазами по лицам своих подчиненных. – Цельтесь в направлении двери! Открыть дверь!

 

Хесс и его люди находились в холле, отделяющем внешние ворота от внутренних корпусов здания. Этот холл был весьма просторным и при необходимости в него заезжали сразу несколько грузовиков для погрузки и разгрузки продовольствия, медикаментов и других, необходимых в Семитарии вещей. Тяжелая механическая дверь по команде инспектора Хесса начала медленно отворяться.

 

Наружу из расширяющейся щели стали высовываться руки, ноги и головы существ, которые были набиты там, внутри, как сельдь в банке. Когда щель увеличилась, в нее стали вываливаться тела отпочкованных евреев. Некоторые были в крови, у некоторых не было конечностей, кто-то из евреев пожирал своих собратьев.

 

- Твари! – с ненавистью закричал Хесс. – Огонь по этим тварям! Огонь…

 

Голос инспектора утонул в грохоте автоматов и пистолетов. Кровавые ошметки, костная крошка и серое вещество из мозга разбрызгивались вокруг. Периодически некоторые автоматы стихали, по после перезарядки снова начинали свою песню. В открывшемся дверном проеме появлялись все новые и новые евреи.

 

- Гранаты! – голос инспектора прорезал гул автоматных очередей.

 

Кто-то продолжал стрелять, а некоторые начали бросать внутрь Семитария гранаты. Метров на 20-30 от двери уже не было ни одного живого еврея.

 

- Все внутрь! – закричал Хесс.

 

Солдаты, во главе с начальником гарнизона бросились к двери и, закрепившись на позициях внутри помещения, продолжили отстрел мутантов. Снаружи несколько французских и бельгийских военнопленных подносили солдатам ящики с патронами.

 

Йозеф Менгеле хотел тоже войти внутрь. Но Хесс остановил его.

 

- Успокойтесь, доктор, уже ясно, что эти парни обойдутся без нас, - сказал Рудольф Хесс Йозефу Менгеле. – Пойдемте на улицу…

 

***

 

- Доктор, зачем вы наплодили столько этих мутантов? – задавал инспектор вопросы доктору. – Почему нельзя было сначала убедиться в том, что эти твари будут работать? Целая армия паразитов в подземном бункере!

 

- Я не мог даже предположить, что кто-то будет отказываться работать, - оправдывался Менгеле. – Это загадка природы! Они не работают даже под страхом смерти!

 

Стрельба в бункере, которая в течение некоторого времени удалялась, начала резко приближаться. Затем на поверхность выбежал испуганный французский военнопленный. Он был в ужасе и, схватив доктора Менгеле за рукав, начал кричать:

 

- Закройте скорее дверь! Там эти твари! Они ползут к нам!

 

Менгеле и Хесс сразу же бросились вниз. В дверях находилось около десяти солдат из гарнизона лагеря.

 

- Где остальные? – взволнованно спросил Хесс. – Где ваш командир?

 

- Они все мертвы. Все, вместе с командиром! – ответил один из солдат и, перезарядив автомат, продолжил стрелять по упорно надвигающемуся врагу.

 

- Наружу! – скомандовал Хесс. – Немедленно все наружу!

 

Йозеф Менгеле нажал кнопку закрытия двери. Сквозь уменьшающуюся дверную щель было видно, как свежие полчища евреев сползаются к полю боя…

 

***

 

Йозеф Менгеле сидел в своем кабинете в здании Инкубатора. Раскрытые перед ним журналы говорили о том, что, несмотря на пару десятков тысяч уничтоженных накануне отпочкованных евреев, их общее количество с момента начала той карательной операции выросло более чем на пятьдесят тысяч голов. Это притом, что пациентов перестали кормить. Их перестали поить. Перестали обслуживать помещение, где они проживают. Выключили вентиляцию. Давно перестали вкалывать им «вакцину деления»…

 

Голова доктора Менгеле раскалывалась то ли от чудовищного перенапряжения, то ли от ужасов, увиденных в Семитарии во время вчерашней операции, то ли от бессонной ночи. После проведенной операции по уничтожению отпочкованных евреев совместными силами охраны лагеря Освенцим и третьей роты из дивизии СС «Гитлерюгенд» под общим руководством инспектора концентрационных лагерей Рудольфа Хёсса, последний был вынужден вызвать из Берлина помощь. Рейхсфюрер Гиммлер был очень недоволен тем, что Освенцим не справляется своими силами, но все же, в срочном порядке, выделил для уничтожения врага Эйнзатцгруппу «Д». Эта группа, состоящая из четырех Зондеркоманд и одной Эйнзатцкоманды, хорошо зарекомендовавшая себя на территории Советского Союза, находилась недалеко от Освенцима, в районе Кракова.

 

В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в кабинет вошел унтерштурмфюрер из лагерной охраны. Менгеле поднял на вошедшего офицера глаза и спросил:

 

- Что-то случилось? Надеюсь, эти отпочкованные твари еще не выбрались из подземелья? Скоро они настолько разрастутся, что стены подземелья лопнут от давления изнутри и весь этот генетический мусор разлетится по территории генерал-губернаторства, сея повсюду кровожадных чудовищ.

 

- Насчет евреев почти все в норме, - доложил унтерштурмфюрер. – Они, конечно, рвутся наружу, но стены и двери пока сдерживают этот поток мусора. Те твари, которых мы уничтожили вчера, стали пищей для тварей, которых мы уничтожим сегодня и завтра.

 

- Вы безнадежный оптимист! – рассмеялся Менгеле. – По-моему, ситуация немного другая. Те твари, которые сожрали тварей, которых мы уничтожили вчера, сожрут нас завтра или послезавтра. Так больше похожу на правду.

 

- Совсем не похоже! – возразил унтерштурмфюрер. – Там, во дворе, бригадефюрер Отто Олендорф. Начальник лагеря и прочее руководство встретили Олендорфа на плацу, на месте составляется план по спасению Европы от чудовищ. Все ждут вас.

 

- А может еще и не сожрут! – радостно воскликнул Менгеле, надел на голову фуражку и выбежал во двор.

 

***

 

Йозеф Менгеле выбрался на улицу и побежал на плац, но там уже никого не было. Топот сотен марширующих слышался со стороны Семитария, и Менгеле осознал, что вновь прибывшие подразделения с ходу начнут атаку.

 

Приближаясь к Семитарию, доктор заметил несколько высокопоставленных офицеров, среди которых был Рудольф Хесс.

 

- Надо проработать план зачистки! – услышал Менгеле голос Хесса, пока приближался. – Мы уже потерпели здесь неудачу…

 

- Хайль Гитлер! – прокричал Менгеле, поднимая руку в приветствии, когда приблизился к Хессу и генералу Олендорфу. – Гауптштурмфюрер Йозеф Менгеле!

 

- Это наш герой? – спросил Олендорф Хесса.

 

Инспектор концентрационных лагерей утвердительно кивнул головой. Тем временем вокруг Семитария уже были выстроены в колонны не меньше тысячи солдат и офицеров.

 

- Доктор, как это вам удалось наплодить таких мутантов? – усмехнулся Олендорф. – Надеюсь, их можно уничтожить обычными средствами? Без всяких там серебряных пуль, амулетов и ритуалов?

 

- Эксперимент внезапно дал сбой, господин бригадефюрер, - ответил Менгеле. – Хотел воспроизвести бесплатных и быстро размножающихся рабочих для Рейха, а вместо этого получил целый муравейник тунеядцев. Мутантов можно убить нормальными способами, но у них, судя по всему, произошел регресс в сторону древних инстинктов и свойств. В общем, начав плодиться почкованием и делением, эти евреи стали менее чувствительны к боли, а также забыли, что такое страх. Про человеческие качества и говорить не стоит. Их нет ни у каких евреев…

 

- Все ясно, - оборвал доктора Олендорф. – Смотрите, как профессионалы уничтожают ненужный генетический мусор и готовьтесь собирать и хоронить трупы.

 

Бригадефюрер отдал команду своим офицерам. Они по цепочке передали дальше, и толпа вооруженных людей, загромождавшая окрестности Семитария, бросилась внутрь. Стрельба, грохот и крики наполни воздух Освенцима.

 

- Каковы ваши прогнозы? – спросил Олендорф окружающих его офицеров. – Я думаю, часа через два мы все там зачистим. То есть, всех живых недочеловеков уничтожим. Трупы выносить и уничтожать придется несколько дней.

 

Кто-то из офицеров говорил, что можно управиться и за час, кто-то соглашался с генералом, кто-то говорил, что уйдет не меньше, чем полдня. Один Йозеф Менгеле молчал. И когда бригадефюрер Олендорф вынудил его ответить, доктор произнес:

 

- Я думаю, этим способом мы не сможем их победить…

 

***

 

- Взорвать изнутри Семитарий можно, только если заложить заряды в определенных местах, - сообщил Альберт Шпеер. – Этих мест несколько, расположены они на всех трех этажах, взрывать надо одновременно…

 

- То есть, взорвать этот бункер невозможно, - резюмировал Адольф Гитлер. – Есть еще предложения?

 

- Двести пятьдесят бомбардировщиков, - говорит Герман Геринг. – И от вашего склепа останется горстка щебня. Готов выделить авиацию завтра.

 

- Господин рейхсмаршал, - говорит бригадефюрер Отто Олендорф, - там не так все просто. Мы тоже хотели завершить все это дело за пару часов, затем за пару дней. Но завязли там больше чем на неделю и потеряли больше двух сотен человек. Нужно подумать…

 

- Да чего тут думать? – возразил Геринг. – Эвакуируйте лагерь немедленно! Завтра я сотру его с лица земли.

 

- Лагерь, но не бункер! – возразил архитектор Шпеер. – Бункер останется. Я проектировал это подземное сооружение лично. Обещаю, что вся ваша авиация ничего ему не сделает.

 

- Скажите, а количество золотых зубов при почковании тоже удваивается? – спросил президент Рейхсбанка Вальтер Функ, но его вопрос остался неуслышанным.

 

- Может быть, Фау-2 туда перенаправить? – предложил рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. – Эта штука будет помощнее авиабомб. Как вы считаете?

 

- А я предлагаю загнать внутрь танки и артиллерию, - включился в разговор Адольф Гитлер, молчащий и слушающий своих подчиненных до этого момента. – В тот самый холл между входными воротами и дверью в еврейский лепрозорий. Срочно! Пока мы еще удерживаем этот холл!

 

***

 

- С таким оружием можно какую-нибудь небольшую страну захватить, - Олендорф осматривал подарок от дивизии СС Лейбштандарт. – У нас тут, похоже, намечается операция «Цитадель» в миниатюре.

 

В холле, развернувшись дулами стволов в направлении двери Семитария, стояло несколько единиц боевой техники. Противотанковая самоходная установка «Ягд Тигр» и танк «Королевский тигр» стояли в центре холла. По краям от этих семидесятитонных машин располагались реактивные минометы «Небельвефер» и 88 миллиметровые зенитные орудия общей численностью 15 единиц.

 

- Кто тут главный? – спросил бригадефюрер. – Вы готовы к операции?

 

- Оберштурмбанфюрер СС Иоахим Пайпер, командир батальона из дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», – представился офицер. – К операции готов. Можно начинать обстрел прямо сейчас.

 

- Ну и начинайте, - скомандовал Олендорф, направляясь к выходу на улицу. – Каждую минуту, пока мы с вами тут разговариваем, там, внизу, рождается несколько сотен монстров!

 

Выйдя на улицу, бригадефюрер заметил стоящего неподалеку от ворот в склеп доктора Менгеле и жестом позвал его.

 

- Сейчас начнется! – радостно сказал доктору Олендорф. – Сейчас всех ваших недочеловеков уничтожим!

 

Не успел Менгеле открыть рот, как раздался первый выстрел. Затем еще и еще. Завизжали реактивные минометы. Под ногами зашаталась земля, как при неплохом землетрясении, и Менгеле, не удержавшись на ногах, упал. Олендорф засмеялся и протянул ему руку, помогая подняться. Клубы черного дыма рвались из подвала наверх вперемешку с бетонной пылью.

 

- Пойдем вниз! – закричал бригадефюрер на ухо доктору. – Когда закончат стрелять орудия, добьем ублюдков в рукопашном бою!..

 

***

 

По прошествии неопределенного количества времени все стихло. Все замерло. Никто не шевелился. Все боялись нарушить мертвую тишину. Стояли в облаках черного дыма и смрада, в запахе горелого мяса, облаке цементной пыли. Груды щебня и куски покореженного металла виднелись повсюду.

 

Стены, потолки, люди – все было забрызгано кровью и кусками различных органов. Любой кулинар мог бы позавидовать кухне, которая случилась здесь. Хлебосольные помещения Семитария предлагали посетителям: шашлык из рук и ног, плавленый мозг, легкие, печени и селезенки, фаршированные осколками, ягодицы в панировке из цементной пыли, пальцы в собственном соку, свиные уши и другие мясные деликатесы.

 

Когда дым немного рассеялся, и облака пыли частично осели на развороченный пол, послышались отдаленные шорохи, и в стане врага стало заметно шевеление.

 

Отпочкованный генетический мусор выползал из своих убежищ. Евреи, невзирая на раны, оторванные руки и ноги ползли в направлении своих обидчиков. Где-то вдали послышались шаги множества человекоподобных существ. Это свежие подкрепления с двух нижних этажей двигались, чтобы сменить погибших. Сколько отпочкованных евреев еще находилось в бункере, не знал никто.

 

- Покажем этим недочеловекам на что мы способны в рукопашной схватке! – закричал Олендорф, обнажив саблю офицера СС. – Хайль Гитлер!

 

С этим словами бригадефюрер бросился на врага и исчез в дыму и пыли. За своим командиром в бой тут же ринулись сотрудники Зондеркоманд и охрана лагеря с мечами и винтовками и с криком «Хайль Гитлер!». Послышался лязг металла, одиночные выстрелы и чьи-то крики.

 

Доктор Менгеле не отставал от остальных. Встретив еврея, Йозеф принимался неистово размахивать саблей, отрубая врагу конечности, голову, рассекая его на части, на мелкие части.

 

Примерно через час после начала рукопашного боя, когда немцы уже обессилили, а евреи, не сбавляя темпа, продолжали выбираться наверх с нижних этажей, Зондеркомандам ценой огромных человеческих потерь удалось полностью зачистить верхний этаж.

 

Солдаты смогли закрепиться на лестнице, ведущей к среднему этажу. Они стреляли по поднимающимся наверх врагам, бросали вниз гранаты, но поток евреев не ослабевал. Вскоре, по распоряжению Олендорфа, к лестнице подтянули реактивный миномет, и начали стрелять вниз. Через некоторое время лестница была разрушена, но отпочкованный генетический мусор устремлялся вверх, кто по бетонным обломкам, а кто и по головам и телам своих соплеменников.

 

По прошествии шести часов боев стало ясно, что боеприпасы подходят к концу, в отличие от отпочкованных евреев. Пришлось отступать в спешном порядке. К счастью, танки, минометы и зенитки удалось вытащить наружу. Однако холл, по причине разрушения двери и стен, был потерян. Теперь монстров отделяли от свободы только наружные ворота…

 

***

 

- «Циклон-Б», – Вольфрам Зиверс держал в руках жестяную банку литров на десять емкостью, – инсектицид. Концентрат в гранулах, который выделяет газ в течение нескольких часов при комнатной температуре. Этот препарат действует на жертву во время дыхания. Уничтожает насекомых и другие низшие формы жизни. Практически безвреден для людей. Но мы-то здесь имеем дело совсем не с людьми.

 

- Вы из ума выжили, господин Зиверс? – с явным недовольством обратился к руководителю Аненербе Отто Олендорф. – Инсектицид! Рейхсфюрер Гиммлер обещал мне новое чудо-оружие, а вы приносите аэрозоль для травли тараканов! Мы стреляли из реактивных минометов и противотанковых орудий. Разнесли полбункера, а эти твари все ползут с нижних этажей. Прекратите этот цирк, Зиверс. Отправляйтесь в свой институт и изучайте дальше все о предках и их наследии. И заберите с собой этот свой ураган…

 

- Циклон, господин Олендорф, - упрямо настаивал на своем Зиверс. – «Циклон-Б», продукция концерна ИГ Фарбениндустри. Уничтожает насекомых и другие низшие формы жизни…

 

- Вы пойдете туда с этой банкой? – прервал Зиверса Олендорф. – И по голове им настучите? Да?

 

- Нет, - заявил Зиверс. – Мы закачаем туда этот газ. А через сутки соберем урожай.

 

- Через сутки отпочкуется тысяч сто новых ублюдков! – рассмеялся Олендорф. – Меня точно расстреляют, если мы всех этих тварей не уничтожим! И вашего идиота Менгеле, который развел тут этих жидов.

 

- Господин бригадефюрер, - сказал Зиверс, - у меня будет проблем не меньше чем у вас. Ликвидация Семитария – наше общее дело. Нужно срочно начать закачку этого инсектицида. Со мной прибыли несколько грузовиков. На территории Освенцима сейчас находится около 20 тонн «Циклона-Б».

 

- Качайте, - махнул рукой Олендорф, - если ничего не получится, сразу сообщите мне. Если ничего не получится, придется застрелиться…

 

***

 

- Вот еще щель! – доктор Менгеле показал военнопленному англичанину на небольшое отверстие воздуховода, торчащее на крыше Семитария.

 

Военнопленный тут же принялся затыкать отверстие различными тряпками, а Менгеле направился искать другие воздуховоды. Заткнуто их было уже несколько десятков. Планировалось изолировать все щели и отверстия Семитария, кроме главного воздухозаборника, через который в подземный еврейский ад должен был закачиваться «Циклон-Б».

 

Группа солдат СС на крыше Семитария охраняла воздухозаборник. Несколько десятков заключенных разгружали машины, наполненные банками с «Циклоном-Б» и поднимали этот ценный груз на крышу. Несколько заключенных обрабатывали щели наружных ворот строительной пеной и герметиком.

 

Когда изоляционные работы были закончены, доктор Менгеле позвал бригадефюрера Олендорфа и штандартенфюрера Зиверса, чтобы те санкционировали начало операции.

 

- Может, лучше сразу какого-нибудь химического оружия закажем нормального? – обратился Олендорф к Зиверсу. – Нам еще одного шанса не дадут. Если ваш дихлофос не оправдает себя, то нам всем недолго жить. А эти насекомые снова победят.

 

- Не нервничайте, генерал, - уверенно отвечал Зиверс. – От этого циклона еще не спасалось ни одно насекомое. И этим не выжить. Начинайте уничтожение генетического мусора!

 

Как каменщики на стройке, стоя в ряд, передают друг другу кирпичи и ведра с цементом, так и дружная бригада заключенных и сотрудников СС передавала наверх банки с «Циклоном-Б». Содержимое этих банок аккуратно высыпалось в воздуховод, а пустые емкости передавались с такой же бережностью вниз, где погружались в машины с целью дальнейшей утилизации.

 

Еще не было высыпано и десятой части инсектицида в воздухозаборник, а гранулы «Циклона-Б» уже начали излучать свои смертоносные для низших форм жизни флюиды. Чудовища, населяющие Семитарий, не могли знать, откуда придет к ним смерть. Они все еще делились и почковались, увеличивая численность своего племени…

 

***

 

Когда раскрылись ворота Семитария, спустя двое суток с момента вброса туда «Циклона-Б», изнутри донесся запах не полностью переваренного дыханиями мутантов инсектицида. Следом в раскрывшиеся ворота повалились трупы. Горы трупов загромождали холл. Как законсервированные шпроты, евреи лежали, прижавшись, друг к другу. Некоторые из этих мутантов имели признаки начавшихся процессов почкования и деления на разных стадиях. Четырехногие, трехрукие и двухголовые, эти существа с трудом напоминали что-то человеческое. Скорее, они походили на демонических насекомых из ада, которых Дьявол, из-за нехватки сковородок, решил не жарить, а просто законсервировать.

 

Бригадефюрер Отто Олендорф был в приподнятом настроении. Он беспрестанно шутил, отдавал команды солдатам и военнопленным, занятым выносом трупов из Семитария, а также благодарил Вольфрама Зиверса за спасения Европы и всего мира. Олендорф должен был оставаться в Освенциме до окончания зачистки Семитария и полного уничтожения или захоронения всех трупов отпочкованных евреев.

 

Штандартенфюрер Зиверс тоже выглядел счастливым. Он отчитался перед Гиммлером об удачно проведенной зачистке и готовился получить награду, а также средства для дальнейших научных разработок. Увидев, что операция прошла удачно, Зиверс покинул Освенцим и отправился в Берлин.

 

Инспектор концентрационных лагерей Рудольф Хесс был назначен Олендорфом ответственным за захоронения трупов, а доктор Йозеф Менгеле был назначен дежурным по крематорию до окончания всей операции «Урожай».

 

Более суток понадобилось, чтобы расчистить только верхний этаж. В процессе расчистки Семитария принимало участие более десяти тысяч заключенных и около тысячи солдат и офицеров из различных подразделений СС.

 

Крематорий не справлялся с потоком трупов и был способен уничтожить не более 0,5% от числа жертв «Циклона-Б». Это обстоятельство очень остро ставило проблему с захоронениями. Олендорфу и его подчиненным нужно было в срочном порядке придумывать новые методы утилизации генетического мусора.

 

Поначалу в километре от Освенцима силами заключенных принялись рыть траншеи около трех метров глубиной и туда штабелями сбрасывать трупы. Но очень быстро стало ясно, что этот метод крайне неэффективен. Более пяти тысяч заключенных неделю занимались земляными работами, для того чтобы захоронить менее сотни тысяч трупов. К тому же, при таком методе утилизации, трупы могли быть найдены врагом, что повлекло бы создание мифа о том, что в концентрационном лагере Освенцим проводились массовые убийства людей.

 

Несколько десятков тысяч трупов были сброшены в реку Висла, протекающую неподалеку от Освенцима. Но этот метод был вреден по экологическим соображениям. Тонны отравленного гнилого мяса могли разрушить хрупкий природный баланс, поддерживающий жизнь в этой реке.

 

Около сотни тысяч единиц отпочкованного мяса было набито в несколько деревянных бараков на территории Освенцима и сожжено. Это метод также оказался малоэффективным, так как стоимость уничтоженных строений была слишком высока для использования их в качестве тары при утилизации мусора.

 

На некотором удалении от концентрационного лагеря было разожжено большое количество костров, на которых производилось сожжение трупов. Этот метод тоже не был эффективным, но выбора не было. Через несколько дней трупы начали разлагаться. Данное происшествие несло с собой совершенно чудовищный запах гнилого мяса, нанесение вреда экологии окружающей местности, намечались благоприятные условия для распространения эпидемий.

 

Часть тел пришлось танками и тракторами вдавливать в землю. Другого способа избавиться от подобной горы разлагающегося мяса не было. Немцы надеялись, что данная субстанция станет удобрением, но ядовитая кровь, текущая в еврейских жилах, навсегда сделала эту землю бесплодной.

 

В журналах доктора Йозефа Менгеле последняя запись гласила следующее: «Утилизация умерщвленного инсектицидом генетического мусора. Всего по трем этажам Семитария: один миллион триста тридцать тысяч шестьсот шестьдесят восемь штук». В будущем эта запись еще сыграет свою роль, когда «охотники за нацистами» начнут кричать о зверствах в концентрационных лагерях. Эти лжецы откроют миру реальную цифру, но заменят слово «штуки» словом «люди», тем самым полностью исказив смысл.

 

По окончании уничтожения генетического мусора Отто Олендорф изъял у гауптштурмфюрера Йозефа Менгеле всю «сыворотку деления» и уничтожил это чудовищное зелье вместе с лабораторией по его производству.

 

На этом праздник сбора урожая закончился…

 

***

 

Вошедшие на территорию Освенцима вместе с победоносной Красной Армией подразделения СМЕРШ обнаружили массовые захоронения плодов неудачного почкования. Обнаружили они и дневники Йозефа Менгеле, его рабочие журналы, где подробно фиксировался ход эксперимента. Глава военной разведки СМЕРШ Виктор Семенович Абакумов получил все записи доктора Менгеле и имел ясное представление о том, что в действительности происходило в так называемом «лагере смерти». Абакумов поделился этой секретной информацией с Лаврентием Павловичем Берией и Иосифом Виссарионовичем Сталиным.

 

И Абакумов, и Берия, и Сталин прекрасно понимали, что все эти убийства были не ради уничтожения евреев. На основе записей доктора Менгеле руководство СССР осознало, что в результате неудачного эксперимента весь мир мог быть населен чудовищными тварями, размножающимися делением и почкованием с огромной скоростью. Однако, трупы отпочкованного генетического мусора было решено использовать для дискредитации Третьего Рейха и его вождей.

 

Склонив на свою сторону евреев, «пострадавших» от рук нацистов, Сталин со своими подручными придумал «холокост». Исходя из идей советского вождя, «холокост» заключался в массовом уничтожении евреев «нацистскими преступниками». Тысячи евреев, проведших в «лагерях смерти» несколько лет и «чудом» оставшихся в живых, начали давать свидетельские показания о том, как уничтожались другие евреи. По их лживым сведениям потери, понесенные евреями в «лагерях смерти», составляли шесть миллионов «человек». И доказательств этой лжи было хоть отбавляй. Захоронения отпочкованного генетического мусора находились в больших количествах вокруг территории Освенцима.

 

Само собой разумеется, что наиболее сведущие в этом вопросе люди: Йозеф Менгеле, Адольф Эйхман, Вольфрам Зиверс, Генрих Гиммлер и многие другие были признаны нацистскими преступниками. Преступной была признана и организация СС, которая и проводила данный эксперимент от первой капли введенной «сыворотки деления» до уничтожения последнего отпочковавшегося тела мутанта.

 

Трагическая ошибка доктора Менгеле и, особенно, ее своевременное устранение и спасение человечества от чудовищной угрозы, очень сильно повлияло на дальнейшую судьбу Германии. Это государство еще очень долго выплачивало «пострадавшим» евреям деньги за «холокост» и причиненные им «страдания».

 

Сам Менгеле, после утилизации генетического мусора был переведен на запад в концентрационный лагерь Гросс-Розен. В апреле 1945 года Йозеф, переодевшись в форму солдата, бежал на запад. Он был задержан и содержался как военнопленный возле Нюрнберга, но был отпущен, так как личность его была идентифицирована ошибочно. Долгое время Йозеф Менгеле проживал в Баварии и только к 1949 году, опасаясь преследований со стороны евреев и их марионеток нееврейского происхождения, переселился в Аргентину.

 

Семья помогала доктору Менгеле материально, и поэтому в скором времени он смог открыть небольшую фармацевтическую фабрику. После того как еврейские террористы похитили одного из друзей Йозефа Менгеле – Адольфа Эйхмана, вывезли его в Израиль и казнили, доктор перебрался в Парагвай, а затем в Бразилию.

 

В Бразилии Йозеф Менгеле прожил до 7 февраля 1979 года, когда во время купания у него случился инсульт, в результате чего доктор утонул. Наряду с Эйхманом, отвечающим за депортацию евреев из Третьего Рейха, доктор Менгеле являлся наиболее разыскиваемым «нацистским преступником».

 

До самой своей смерти, доктор Менгеле вспоминал ужасные вещи, произошедшие с ним в Освенциме. Ему снились страшные сны, в которых чудовищам все-таки удавалось выбраться из лаборатории наружу. Его бросало в жар от мысли, что какой-нибудь еврей узнает рецепт «вакцины деления» и сможет размножить свой прокаженный род до безграничных масштабов, до полного уничтожения всего живого на Земле и превращения цветущей планеты в безжизненную пустыню, в которую эти существа уже превратили свою родину Израиль и близлежащие территории.

 

Но, помимо ужасных снов и мыслей о том, что зло может завладеть «вакциной деления» и использовать ее в целях уничтожения планеты, было обстоятельство, которое очень веселило Йозефа Менгеле. В далеком СССР, в самом центре жидо-коммунистической паутины, опоясавшей большую часть Европы и Азии, сотрудники Министерства Государственной Безопасности и выдающиеся ученые в области генетики и антропологии судорожно перечитывали дневники доктора Менгеле снова и снова. Эти люди проводили эксперименты, подобные тем, которыми занимался Йозеф Менгеле. Но никакого эффекта от формул, представленных в этих дневниках, не было.

 

На этой плодородной почве проводились чистки в МГБ и прочих ОВД, возникали «дела врачей», расстреливали генетиков, но все было впустую. Советское руководство не могло понять, дурак этот Менгеле или же гений, но на всякий случай распускало слухи о том, что он проводил неудачные медицинские эксперименты на еврейских близнецах, очень часто оканчивающиеся летальным исходом.

 

Когда Йозеф Менгеле переписывал свои журналы и дневники перед тем, как покинуть Освенцим, он изменил содержание нескольких страниц. Тех страниц, где хранились формулы «вакцины деления»…

 

 

 

Евреи являются зачумленной, прокаженной и опасной расой,

которая заслуживает искоренения со дня ее зарождения.

 

Джордано Бруно



проголосовавшие

Упырь Лихой
Упырь
Иоанна фон Ингельхайм
Иоанна
Рома Кактус
Рома

Hron_
Hron_
Для добавления камента зарегистрируйтесь!

всего выбрано: 21
вы видите 6 ...21 (2 страниц)
в прошлое


комментарии к тексту:

всего выбрано: 21
вы видите 6 ...21 (2 страниц)
в прошлое


Сейчас на сайте
Пользователи — 0

Имя — был минут назад

Бомжи — 0

Неделя автора - Влад Машин

НА ТЕЛЬЦЕ КАРНАВАЛА
Найдешь меня
Полный вариант крео, удаленного вчера с сайта

День автора - Таев

ЭЛЕГИЯ
Улицу знобит во сне...
В кино аншлаг, в моих карманах
Ваш сквот:

Последняя публикация: 16.12.16
Ваши галки:


Реклама:



Новости

Сайта

презентация "СО"

4 октября 19.30 в книжном магазине Все Свободны встреча с автором и презентация нового романа Упыря Лихого «Славянские отаку». Модератор встречи — издатель и писатель Вадим Левенталь. https://www.fa... читать далее
30.09.18

Posted by Упырь Лихой

17.03.16 Надо что-то делать с
16.10.12 Актуальное искусство
Литературы

Книга Упыря

Вышла книга Упыря Лихого "Толерантные рассказы про людей и собак"! Издательская аннотация: Родители маленького Димы интересуются политикой и ведут интенсивную общественную жизнь. У каждого из них ак... читать далее
10.02.18

Posted by Иоанна фон Ингельхайм

18.10.17 Купить неоавторов
10.02.17 Есть много почитать

От графомании не умирают! Больше мяса в новом году! Сочней пишите!

Фуко Мишель


Реклама:


Статистика сайта Страница сгенерирована
за 0.028988 секунд